- Ириш, у меня к тебе, возможно, странный вопрос, - начал неуверенно Егор.
- Не ходи вокруг, да около, - решительно произнесла сестра. – Пока мальцы спят, можем поговорить, потом, только держись.
Егор улыбнулся и продолжил:
- Как ты считаешь, почему мать ко мне так относится?
Ирина, с беспокойством глядя на брата, упала на стул:
- Егор, понимаешь… она и ко мне не питает огромной привязанности.
- Да. Я это вижу. Но…
- Егор! Послушай! - Ирина выпрямилась на стуле. - Дело в том, что она всегда так относилась, с самого детства и к тебе и ко мне. У меня сложилось чёткое ощущение, что отец настоял на рождении детей, а ей это было не интересно, вот совсем. Отец же прилично зарабатывал, возил её по курортам, ну, и так далее. Она сделала два аборта перед моим рождением, но забеременела в третий раз, отец её уговорил рожать.
Егор с возрастающим удивлением и одновременно горечью смотрел на Ирину и, наконец, сформировался вопрос:
- А ты откуда это знаешь?
- Бабушка рассказала, - фыркнула сестра. - Пришлось воздействовать проверенным методом.
- М-да, старушка любила выпить, - пробормотал Егор.
- Именно. А когда наступила вторая беременность с тобой, отец её чуть ли не насильно из клиники увёз, хотела тоже аборт делать, - печально закончила Ирина.
- Ещё интереснее. Лучше бы и не уговаривал, - посетовал Егор.
- Дурак! – воскликнула со злостью Ирина.
- Ирин, извини. Не подумал. Но, знаешь, ощущать на себе это давление всю свою жизнь, причём, с ремейком в моём исполнении, тяжеловато, как-то…
- Да понимаю я, - всё ещё рассерженно проговорила она и умолкла, глядя на свои сцепленные пальцы. Затем, подняв на него глаза, спросила с усталостью в голосе. - Но если бы не ты, я-то где бы была?
- Ириш, я тебе за всё благодарен, - с признательностью произнёс он и улыбнулся. - Ты меня столько прикрывала в детстве.
- Вот именно. Так что, братец, - усмехнулась она. - Люблю я тебя, и не смей такие вещи говорить!
- Не буду. Обещаю.
Они посидели ещё некоторое время, поговорили, вспоминали детство, смеялись. Дверь в детскую распахнулась, сначала выбежал Ванька, увидев Егора, гикнул, метнулся обратно и уже тащил брата за руку. Наблюдая за ними Ирина и Егор рассмеялись.
- Повозишься с ними? Я ужин приготовлю, скоро Володька придёт.
- Конечно, - согласно кивнул Егор.
- Так! Мальцы! – грозно произнесла Ирина. - Дядю Егора сильно не теребить, помните, что у него рука болит?
- Мам! – возмущённо проговорил Ваня.
- Мама, мы помним! – поддержал брат.
Егор прошёл в детскую:
- Так, не понял? А почему не одеты? – искренне удивился он.
- А я не умею, - качал отрицательно головой Петька.
- Так я тебе и поверил, - приподнял бровь Егор.
- И я не умею, - присоединился Иван.
- Стоп. По стойке смирно! А теперь сели на стулья и одеваемся, - чётко проговорил он. Оба надуто смотрели на дядю, он смягчился. - Я помогу.
Они заулыбались и начали одеваться.
Возвращался Егор от сестры несмотря ни на что, успокоенный. Знание – сила, усмехался про себя. Расставленное по местам, не так напрягало и расстраивало. Только становилось как-то пусто от этого. Кормил аппетиты жены, удовлетворяя все её запросы, только как-то вот не в коня корм. Всё прошло мимо и мать окончательно превратилась в истеричную и злобную тётку. И никак не мог уложить в голове, зачем отец, видя такое отношение к детям, настаивал на рождении? Тут Егор приостановился, очередная мысль словно сама заставила его встать посреди тротуара. А ведь с Элькой он сам поступал также, практически повторял модель родителей. Да уж, от чего отчаянно бежал, к тому и пришёл. Он поднял взгляд вверх, затем с шумным выдохом опустил вниз. Какая же ерунда…