- Ишь ты! Смотри! Идет наша бабушка-весна! – перешептывались Мария Ильинична и Дарья Степановна. - Здравствуй, Люсенька. Ты откуда это такая нарядная?
Всем трем женщинам было уже за 60 лет. Марья Ильинична и Дарья Степановна имели вполне стандартную среднестатистическую внешность, которую имеют женщины к этому возрасту. Лишний вес, не очень аккуратная прическа, отсутствием макияжа.
И это не в укор им сказано. У них у обеих были и внуки, и огороды. И в доме надо было и порядок поддерживать, и обеды готовить. Да и мужья их любили уже давно не за внешность, а за родство душ. Они были вполне счастливы и не имели никаких стимулов как-то улучшать свой внешний вид.
А вот Людмила Аркадьевна, та самая Люсенька, которая к ним подошла, была совсем другая. Всегда при макияже, с укладкой. Одеваться она старалась всегда нарядно. А иногда, когда не успевала привести в порядок прическу, она даже надевала парик.
«Бабушка-весна» ее звали, потому что она любила рассказывать, что в молодости она была невероятно красива. И что мужчины ее звали «женщина-весна».
Доподлинно неизвестно, правда это или нет. Но все равно, даже от одних таких разговоров, настроение у женщин, окружающих Людмилу Аркадьевну, портилось. Чтобы хоть как-то успокоить себя, они смеялись над ней. Отсюда и прозвище «бабушка-весна».
- Ой, девочки, а я на маникюр бегала, - отвечала Людмила Аркадьевна. – Вчера полы пока мыла, ноготь сломала. Представляете? Ну не ходить же со сломанным ногтем!
- Ну-ну, - скептично хмыкнула Мария Ильинична. – А что, Люся, без ногтей то никак? Мы вон ходим, и ничего.
Людмила Аркадьевна в ответ молча улыбнулась. Она вообще редко реагировала на провокации. Характер имела ровный и дружелюбный. Но почему-то ее молчание только еще больше разозлило собеседниц.
- Ну что ты, Маша, - вступила Дарья Степановна. – Ведь Люся у нас особенная. Не может она быть как мы, как обычные женщины.
- Точно! – подхватила Мария Ильинична. – Она ведь у нас красавица! Женщина-весна. А мы кто, интересно? Женщины - поздняя осень?
- Девочки, ну что вы злитесь, - добродушно улыбалась Людмила Аркадьевна. – Меня действительно так в молодости мужчины называли.
- Ну так это ж когда было то, Люся! – насмешливо смотрела Дарья Степановна. – Уже полвека, наверное, с тех пор прошло. А ты все гордишься.
- Да-да! – закивала Мария Ильинична. – Ты бы повнимательней посмотрела, как сейчас на тебя мужчины смотрят! Ведь смеются над тобой!
- Смеются? – удивилась Людмила Аркадьевна.
- Конечно, Люся, смеются. Вот на прошлой неделе, помнишь, мы с тобой разговаривали, а мимо сантехник наш, Петр Алексеевич, проходил.
- Помню.
- А помнишь, как он посмотрел на тебя? На твой парик да на губенки намазюканные?
Людмила Аркадьевна молчала.
- Да он же почти в открытую смеялся над тобой, Люся, - Мария Ильинична все больше и больше злилась. – Ты же сама все видела!
- Я видела, что он улыбался, - ответила Людмила Аркадьевна. – Он всегда мне улыбается. Просто потому, что я нравлюсь ему.
- Да с чего ты взяла то? – Дарья Степановна тоже подключилась. – Ты очки то розовые сними! Глаза протри! Смеялся он над тобой.
- А ты, Дарья, с чего взяла? Ты его мысли что ли прочитала? – и Людмила Аркадьевна неожиданно весело рассмеялась. – Ладно, девочки, пойду я. У меня дел много, а вечером еще в бассейн.
И она пошла к подъезду.
Вы думаете она хоть чуть-чуть расстроилась от слов, которые ей сказали подруги? Нет!
А все потому, что еще в школе Людмила Аркадьевна поняла, что сложно понять мотивы поступков окружающих. Вот, к примеру, мальчишка тебе дернул за косичку. Отчего? От того, что обидеть тебя хочет или потому что нравишься? Или другой мальчишка портфель твой носит. Потому что нравишься или рассчитывает, что задание дашь списать?
И после этого осознания Людмила Аркадьевна приняла решение, что всегда будет думать только про самый хороший вариант. Быть всеми любимой красавицей ведь так приятно!
Смотрит кто-то на нее на улице, значит понравилась. А если отводит глаза, то значит смутился от того, что понравилась.
Продавец фруктов персик подарил? Это потому, что Людмила Аркадьевна красавица.
Мужчина дверь придержал? Потому что красавица!
Водитель машины посигналил где-то? Так это ей! Потому что красавица.
Скажете глупо? Может быть и так. Зато она счастлива.
А то, что Дарья Степановна и Мария Ильинична ей пытались «глаза открыть», так это они просто от ревности. Им самим обеим сантехник Петр Алексеевич нравится. Вот они и расстраиваются, что он не им, а ей улыбается! Потому что она красавица!