О том, почему мужчинам вредно пить коровье молоко, очень многое знают сами мужчины, которые не пьют молоко. В абсолютном большинстве случаев речь идет о гормонах, которые в нём содержатся и влияют на гормональный фон человека. На этом неподкрепленные доказательствами познания опасности молока заканчиваются.
Xe
Если разбираться в фактах по этому вопросу, то станет понятно, что самое страшное в молоке - вовсе не гормоны, а лактоза. Которая легко усваивается у 90% населения северной Европы, менее 50% южной Европы и менее 30% - по Азии. То есть более 5 тысяч лет назад человек не был приспособлен к применению в пищу молока домашних животных. В ходе эволюции в северных широтах начали появляться люди с нужным ферментом - лактазой. Именно этот факт дал сильный толчок в развитии скотоводства и позволил народам выживать в холодные времена года. И именно индивидуальная непереносимость лактозы является причиной не пить молоко сегодня. (прим. 1)
Обсуждая гормоны в молоке, люди беспокоятся об искусственно добавляемых гормонах роста, которыми поддерживают у коров достаточный объем молока. На самом деле, природа этого гормона - белковая, и он разрушается уже на стадии переваривания в желудке.
В глазах мужчин часто наиболее страшными из молока являются женские половые гормоны, эстрогены.
Во-первых, важно понимать, что содержание гормонов в продукте животного происхождения - нормально. Даже не допустимо, а абсолютно естественно. Гормоны присутствуют в мышечной ткани, печени, почках, молоке. Они регулируют эндогенные процессы организмов. Причем если говорить о молоке, то по мере снижения жирности продукта, количество гормонов уменьшается, так как они жирорастворимы.
Во-вторых, большая часть продаваемого молока производится беременными коровами. А на третьем триместре их беременности содержание эстрогена в молоке в 20 раз выше, чем у небеременной особи. (прим. 3) Однако это не влияет на изменение гормонов употребляющих это молоко людей.
Учёные из Словении исследовали изменение уровня тестостерона, вес яичек и оригинальную массу пузырька у мужчин в зависимости от употребления разных объемов молока. Наблюдались показатели гормонов на плазменном уровне взрослых мышей. Однако ни десятикратное увеличение дозы эстрогена, ни стократное - эффекта не дали. И лишь увеличив дозу в 1000 раз, учёные смогли заметить какой-то минимальный эффект в крови и гениталиях мышей. (прим. 2)
Дело в том, что эстроген - стероидный гормон, и он имеет свойство разрушаться в печени. Чтобы этот гормон попал в кровь, его нужно применять в инъекционной форме, и с питанием это уже не связано. Оставшиеся неразрушенными 2-5% гормона (прим.4) эквивалентно объему эстрогенов человека, которые он производит в минуту. Данные приведены из потребления 1,5 литров молока или молочных продуктов. ВОЗ по пищевым добавкам установлены предельно допустимые суточные нормы для поступления эстрогена в составе продуктов питания. И вышеприведенные 1,5 литра молока составляют лишь 0,25% от верхнедопустимого предела, установленного JECFA (прим. 5).
Молоко - универсальный источник макро- и микро-нутриентов, так необходимых для поддержания мужского здоровья и силы. Продукт доступный и легкоусваиваемый. А различные кисломолочные продукты еще больше обогащают рацион при меньших усилиях на переваривание со стороны человека.
Примечания (источники):
1. Juskevich, JC. / Guyer, CG. (1990): Bovine Growth Hormone: Human Food Safety Evaluation. In: Am Assoc Adv Sci. URL: http://www.jstor.org/stable/2877952?seq=1#page_scan_tab_contents.
2. Grgurevic, N., et al. (2016): Effect of dietary estrogens from bovine milk on blood hormone levels and reproductive organs in mice. In: J Dairy Sci. URL: http://www.journalofdairyscience.org/article/S0022-0302%2816%2930323-X/fulltext?rss=yes
3. Parodi PW. Impact of cows' milk estrogen on cancer risk. Human Nutrition and Health Research, Dairy Australia, Melbourne, Australia, 2012. Intl Dairy J 22:3–14, doi:10.1016/j.idairyj.2011.08.006 : sciencedirect.com
4. JECFA, The Joint FAO/WHO Expert Committee on Food Additives) (WHO, 2000)
5. Dusterberg, Schmidt-Gollwitzer, & Humpel, 1985; Kuhnz, Gansau, & Mahler, 1993