Вот говорят, что жизнь — игра. На кирпиче у бочки с квасом они нашли меня вчера. Я не особенно скрывался.
Луна, растущая тайком, лизала пятна от ушибов. Я был китайским рыбаком и продавал на рынке рыбов. Ах, что за рыбов продавал, какие открывались двери. И в тот короткий интервал я счастлив был. Почти уверен.
Построил дом на берегу, чинил разорванные сети. Жена готовила рагу. Горел огонь. Играли дети.
Они нашли меня легко. Горбато выгибалась арка. Они решили, что я кот и понесли в ветеринарку.
Когда за пазухой несли, я слышал море, но спросонок мне померещилась вдали
война. Мой лук, певуч и тонок, пускал пернатую стрелу. Реальность трескалась, как корка. Замшелый вековой валун надежно защищал от орков.
Текла кровавая вода, у звёзд — холодный привкус стали. Мы проиграли. Не беда — мы так красиво проиграли, хотя имели бледный вид. Мы пели. Разве вы поёте? Шептался с травами друид на склонах горных, на болоте.
И дуб шумел, и запах лжи в тавернах вражеских историй. Пока светило ворожил, они сидели в коридоре.
Всё волновались, боже мой, не смея нарушать процесса. Когда меня несли домой, я был их лесом, древним лесом.
Машины рыли котлован. Не видят люди дальше носа. Меня — в подушки на диван. Пирата, барда, крестоносца. Хозяин мудрой головы, дракон, летящий над полями. Меня считают меховым. Себя считают королями.
Я благодарен им за них, они добры, увы, наивны. Я был свидетелем резни, передо мной склонялись ивы. Ночь, сновидения жуя, к утру заходится в икоте. Но на вопросы — кто же я? — опять ответов не находит.