Об этом говорят везде, от этого сложно удержаться. Конечно, меня спрашивают о моей позиции. Вот вчера девочка спросила, причём прямо на приёме.
Я вроде импульсно решила ответить. А потом такая: стоп, Лена, ты держишь в руках иглу в 4 см. Тебе нужно её воткнуть очень нежно, на ощупь, прочувствовать тот тонкий слой, что сейчас скандалит и не дает человеку свободно двигаться. Ты правда сейчас будешь думать о чем- то кроме?
Ты здесь и сейчас, с человеком, который тебе доверился. Стоп. Есть ты, есть он. Слушай только его тело.
Я вспомнила рассказ подруги. В 2014 году её муж ушел в интернет. Он внимательно смотрел хроники боевых действий, подписался на несколько блогеров.
Приходил с работы, садился за компьютер и смотрел-смотрел-смотрел. У них полтора года текла крыша в доме. А он смотрел, как убивают других людей. И не видел, как убивает сам свою жену и своих детей. Отравляет медленным ядом безучастия. Я думаю, он сопереживал или осуждал. Но он не жил дома, он находился там.
А потом они