Весеннее солнце – яркое, белесое, еще не греющее, но уже дарующее надежду – светит в глаза. Ты жмуришься, становишься похож на кота и начинаешь чувствовать себя котом, потому что мурлычишь под нос – мррр, мррр, солнышко, мррр, мррр, еще не теплое, мррр, мррр, но весна, весна… Солнце яркое, но ты, помурлыкав, внимательнее смотришь под ноги: здесь, в лесу, еще много снега, а под тонким его слоем – в одну снежинку, выпал ночью, хотя мы уже не ждем – тонкой корочкой застыл лед. Поднимаешься в гору – скользишь и почти падаешь на спину, спускаешься по крутому обрыву вниз – скользишь и, как в детстве, съезжаешь с горки на попе. Хохочешь. Хотя тебе, вроде бы, уже не по возрасту – и съезжать с ледяной горки на попе, и хохотать так заливисто. Но весна ведь! Весной все можно!
Ты идешь по лесу – солнце в глаза, хруст под ногами, румянец на щеках – и вдруг останавливаешься, как вкопанный: не может быть! Возвращаешься на семь шагов назад, оглядываешься, рискуя свернуть шею – там все то же: много снега, острая корочка льда под ногами – и медленно-медленно, боясь спугнуть и боясь, что тебе все только почудилось, снова идешь вперед, втягивая ноздрями воздух и напоминая в этот момент какую-нибудь английскую гончую (или у них уже запретили охоту с собаками?) или немного испуганную лошадь. Но ты не боишься, ты просто не можешь поверить: как среди этого снега учуяла запах цветов? Все ли в порядке с твоей бедной головушкой (наверняка перетрудилась, вот и галлюцинации начались, прав муж, когда говорит, что нужно меньше работать и больше отдыхать)? Ты делаешь один шаг, второй, останавливаешься, третий, четвертый – сомнений нет: вот на этом конкретном участке лесной дороги пахнет цветами. Запах едва уловим (никогда не думала, что у меня такое острое обоняние), он напоминает несмелый запах желтых фрезий, которые я так люблю – и за скромность, и за осторожность аромата – и я почти задыхаюсь от восторга: там, под сугробами, которые выглядят пока непобедимыми, уже зародилась весна. Она еще не всем готова открыться, она как будто в себе сомневается, сама еще не верит, что настало ее время… Вот и сугробы навалились, не пускают, как будто говорят: мы здесь навсегда, нас не победишь! Но она, весна, знает: всему свое время, даже если сугробы кажутся бессмертными, они стают и потекут ручьями, давая дорогу тем цветам, которые пахнут, как несмелые фрезии, и которые учуял в кажущемся зимним лесу мой любопытный нос.
А птицы? Вы ведь наверняка не первую неделю слышите их победную перекличку и понимаете: они не догадываются – они куда смелее подснежников, несмело пахнущих фрезиями – они точно знают: весна уже здесь, под снегом. Птицы переговариваются на ветках разными голосами, но ты легко различаешь в их гомоне: «Весна, весна, весна – слышали?», «Грачи прилетели – видели?», «В солнечных лужах купались?», «Холодновато, конечно, но как освежает!». Весна всегда освежает.
Потому что весна – новое начало. Всегда. Еще подснежники не уверены, что смогут пробить сугробы, еще не побежали ручьи, наполняя лес запахом сырой земли – безусловным весенним запахом, а мы уже знаем: все будет хорошо. Потому что сомнения селятся в нашей голове осенью, когда она начинает взахлеб целоваться с первым снегом, и ей самой, и снегу, и даже нам начинает казаться, что это навсегда – беспросветная хмурость утра, рано надвинувшаяся темень ночи, и отсутствие надежды. Надежда, случается, подводит, уходит, не прощаясь, а вот вера – никогда. Вера остается всегда. Если вы готовы верить, что после зимы наступает весна – она ведь всегда наступает, правда? Если хотите верить, что добро побеждает зло – оно ведь побеждает не только в сказках, да? Если вы сохранили детскую веру в торжество справедливости, в верных друзей на всю жизнь и в любовь, которая сметает все препятствия, дает силы и сохраняет надежду даже тогда, когда, казалось, кроме веры ничего не осталось – все это сбудется. Любовь остается. Если вы поселите ее у себя в сердце.
Весна – лучшее время для обретения нового. Новой надежды, любви и обновления веры. Мы греемся под солнышком – мррр, мррр – и замечаем, как с каждым днем оно становится увереннее, ярче, теплее. Все будет хорошо, говорим мы себе, все будет хорошо. Потому что как может быть иначе, когда даже несмелые цветы пахнут из-под снега?