Ева не доставляла никаких проблем маме, бабушке с дедом и прабабушке – она была не крикливой, спокойно спала и почти не болела. Но когда ей исполнился год, мама забеспокоилась: Ева была активная, веселая, рано заговорила и сейчас говорила довольно много слов, но почему-то никак не могла научиться стоять. Даже с поддержкой. Она даже не пыталась удержаться на ногах. В больнице никаких странностей не заметили. Единственное, сказали, что у Евы повышен мышечный тонус. А по поводу ходьбы сказали:
- Ждите, к полутора годам все будет.
Сентябрь. Еве полтора года. Разговаривает предложениями из двух слов, может вполне сносно рассказать маме, (если она уходила), что делала без нее, где и что делают бабушка с дедом. Любит слушать, как ей читают, особенно нравятся длинные стихи. Не пытается ходить и не встает. Целыми днями командует дедом.
- Хочу туда!
- Теперь туда!
- Вот эту будем читать – про книжку.
- Совсем ты Ева, деда загоняла – вздыхает прабабушка. А дед улыбается – любит он свою хулиганку.
Вот так и проходили дни. Но конечно, вся семья понимала, что не просто так Ева не может начать вставать и ходить, и очень за нее волновалась. Анна очень боялась, что у Евы может оказаться церебральный паралич, и когда Еве было два года и три месяца, все подтвердилось – это был именно он.
Теперь точный диагноз был известен, но вопросов стало только больше. Будет ли вообще Ева ходить? Когда? Насколько хорошо? И насколько самостоятельной она будет?
Потом были долгие месяцы реабилитации. Иногда были неприятные процедуры, но Ева стойко все переносила и упрямо двигалась к своей цели. И вот этот день наступил.
Двадцать первое июня. Ева сидит во дворе и возится в песке. Недалеко стоит дед и сторожит свою любимицу. Вдруг Ева заметила идущую по двору маму. И это произошло.
- Мама! Мама! Посмотри, какой я домик построила!
Дорога была маленькой, Ева упала четыре раза, но это было не важно. Она падала и поднималась. Она добралась до своей цели. И было понятно, что она точно будет ходить.
