Удивительно богат был XIX век в Российской империи на литературные таланты: Гончаров И.А., Достоевский Ф.М., Мельников-Печерский П.И., Толстой Л.Н., Тургенев И.С., Салтыков-Щедрин М.Е., Лесков Н.С. Все они родились приблизительно в одно и то же время. Старший из них, Гончаров И.А., родился в 1812 году, а в течение двух последующих десятилетий – остальные. И литературным трудом занялись практически одновременно, в эпоху императора Николая Павловича. Поневоле задаешься вопросом, и не тесно им было друг подле друга? Наверное, и ревность была к творческим успехам коллег, а, может быть, упаси Бог, и зависть. И великаны ведь не все свободны от этого греха.
То есть, говоря современным языком, писательская среда того времени была на редкость конкурентна. Такой концентрации литературных талантов на столь исторически малом отрезке времени, наша русская словесность не знала и вряд ли узнает.
Между строк: с апологетами Серебряного века по поводу сказанного выше в дискуссию входить не намерен, так как сознательно уклоняюсь от всякого рода «литературоведческих» терок. Скажу лишь, что в сравнении с названными именами, выглядят их кумиры мелковато.
Не говорю уже о том, что в начале их писательского пути жив еще был и творил Николай Васильевич Гоголь, которого смело можно назвать основоположником литературного русского языка и крестным отцом русской беллетристики. Мог бы, наверное, претендовать на эту роль в памяти благодарных потомков и Карамзин Н.М., но слишком много времени и сил отняла у него «История государства российского», да и романтизмом, уже отживающим свой век в большой литературе, он был накрепко опутан по рукам и ногам.
Счастливая читающая публика того времени могла наслаждаться творениями своих современников, гениев российской словесности, их романами, повестями и рассказами, появлявшимися одно за другим непрерывно на протяжении полувека. Позавидуешь.
Сейчас не то. То ли обмелела река российской словесности вместе с природными российскими реками и речками, то ли еще что. Говорят, и время поменялось, и нравы, и вкусы. Соответственно, и люди поменялись. Что тут первично? Время ли поменяло людей, люди ли поменяли время? Не берусь судить, чтобы не уподобиться известному философу, Кифе Мокиевичу. Однако лечить литературную зависимость приходится по прежним рецептам.
Начнем лечение с Салтыкова-Щедрина Михаила Евграфовича.