17 сентября

Каждую часть этого дневника я пишу поздно ночью. Перед тем, как засыпать, после кучи проделанных дел, я, лёжа в своей кровати, открываю Заметки на телефоне и начинаю набирать текст.

Но это первый раз, когда я пишу от руки. Сегодня я захотела романтизировать свою книгу, да и на письме слова отжаться лучше.

отчасти это из-за того, что сейчас в моей жизни очередной переломный момент. Я понимаю, что не справляюсь. Не справляюсь с обязанностями, с работой, с бизнесом, со взрослой жизнью, с болезнью. Мне тяжело и я никак не могу это исправить. Но самое ужасное, что ч начинаю осознавать другую проблему. Когда я согласилась на терапию, я была в страхе, что я изменюсь как личность. Что таблетки сделают меня другой: менее амбициозной, более чопорной. Холодного робота или полоумного блаженного. И спустя две недели приема препаратов я действительно почувствовала улучшение. В разговоре с моим знакомым я даже обмолвилась, что ещё немного и ему придётся знакомиться с другим человеком. Спустя полтора месяца от похода к психиатру я приехала в свой родной город и мои близкие сказали мне, что я стала другая: и те, кто знал о моем диагнозе, и те, кто даже не имел представления.

И я действительно поменялась. Я стала более… чекнутая. В тот момент я ещё принимала противотревожные препараты и у меня было чувство, что я с вечного похмелья. Поэтому я стала принимать их в крайне редких случаях полных отчаянья и переживаний. Но последнюю неделю мне крайне тяжело. Особенно в последние два дня. Вчера я поняла, что мне тяжело выполнять что-либо. А сегодня я и вовсе ничего не делала. Проснулась, покурила, выпила чашку чая, снова прокурила, искупалась, поела, посмотрела «Отчаянных домохозяек»… и поняла, что не могу заставить себя работать. Я смотрю на всё и мне пофиг. Я сдалась. Хочется послать всё к черту. Нет. Не так. Мне без разницы что будет. Это как смотреть на горящий дом и ничего не делать: не вызывать пожарных, не выносить ценные вещи. Просто стоять и смотреть. Вот все, что я могу сейчас.

И в этот момент всё сорвалось вновь. Решив, что смогу приободриться, поужинав, я сделала себе омлет. Положила его в тарелку, посмотрела на него и поняла, что на этом мой приём пищи окончен. Убедившись в том, что депрессия снова близко подбирается ко мне, я ничего не стала делать. Точнее стала. Плакать. Плакать и осознавать, что мой страх не оправдался. Потому что мне следовало боятся не того, что я изменюсь, а того, что я останусь прежней. Я останусь чокнутой неуравновешенной, наивной, ранимой, глупой и самое главное - несчастной.

Все из-за того, что у меня были ужасные учителя по счастью. «Выйдешь замуж - будешь счастлива». Именно поэтому я чувствую себя неполноценной в отсутствии мужчин в своей жизни. «Для счастья нужно хорошо зарабатывать. Не твой муж, а ты сама.» Поэтому не получая денег я терзаю себя муками о сказочной жизни, которая пока мне не доступна и впахиваю как вол, лишь бы получить заветные бумажки. «Вот дети-это счастье». Поэтому на протяжении 7 лет я убивалась, ходя по гинекологом и сидя на гормонах в надежде услышать, что у меня есть шанс зачать ребёнка. Что нам ещё говорят в детстве? «Хорошо учись, сделай карьеру, заведи семью, роди детей, купи дом, машину, летом отдыхай на море, а зимой катайся на лыжах.» Какого черта! Какое же счастье, что у меня ровным счетом ничего из перечисленного! И как вы хотите чтобы мы были счастливы, вырастая в этих шаблонах? В вечером страхе потерять всё. В вечной гонке за «лучше, больше и круче». Я несчастлива. Я ненавижу свою жизнь. Хоть она и прекрасна. Я ненавижу её, потому что меня научили ценить материальные блага и клише. Я никого не виню в этом. Но я, молодая 26-иИ летняя красивая образованная девушка в прямом смысле схожу с ума лишь потому, что я не состоялась в жизни, которой меня учили. Я так гонюсь да любовью, деньгами, славой, комфортом, роскошью, карьерой, семьей, что готова уйти из неё, лишь бы больше не быть несчастной.

Прекратите учить этому детей.

Это ужасно.