Буранбай – начальник
Однажды Буранбай устроился на работу и сразу же – начальником. Он, конечно, приписывает это своим исключительным деловым качествам, но мы-то с вами знаем, что тут не обошлось без связей его матери Алмабикә-апай.
Так вот, для того, чтобы сделать удачную карьеру в качестве башкирского чиновника, нужны два основных качества:
– быть мужчиной;
– иметь представительную внешность: рост выше среднего и хорошее сложение, можно с некоторой склонностью к полноте, чёрные брови и усы (но не борода!) приветствуются.
Безупречной репутации при этом не требуется, чтобы было за что прищучить при необходимости, но без крупных провалов.
Сочетание вышеперечисленного гарантирует постепенное и беспроблемное продвижение по карьерной лестнице. Всеми этими качествами, кроме склонности к полноте, Буранбай обладал, к тому же на нем чертовски хорошо сидел костюм. Поэтому на новую должность его с удовольствием приняли, да сразу на хорошую зарплату. Алмабикә-апай затаила дыхание и скрестила пальцы. Буранбай обзавёлся хорошими часами, имплантом на месте отсутствующего зуба, парфюмом от Гезы Шоена (он даже не знает, что это, но в салоне сказали “звучит дорого”), обновил телефон, затем взял автокредит. Новую машину он себе позволить пока не мог, поэтому приобрёл подержанный Рено Дастер синего цвета: тот сразу приглянулся ему среди рядов других машин, как тулпар из башкирских эпосов. Буранбай назвал его Кукбузат и до сих пор платит за него кредит.
Буранбай ездил на работу, как на крыльях тулпара, ему даже нравились пробки по утрам, он думал: вот ряды красивых машин, и в них сидят такие же молодые, амбициозные мужчины, как и я. Ему нравилось идти по коридору, выложенному сверкающей плиткой, стуча каблуками начищенных ботинок, и входить в свой кабинет, где под его началом работали две женщины предпенсионного возраста. Они по-матерински опекали Буранбая и кормили его домашними пирожками и блинами.
Всю бумажную работу выполняли тоже они. От Буранбая же требовалось быть лицом ведомства, ездить на встречи, общаться с людьми, представлять свой отдел на различных мероприятиях. Работа была непыльной и даже очень приятной, за исключением необходимости вставать рано утром, но и к этому Буранбай привык.
То, чего не учли ни Алмабикә-апай, ни сам Буранбай – что у каждого начальника есть свой начальник. Не привыкшему к иерархиям Буранбаю не составляло труда руководить своим отделом, тем более, что его подчинённые и сами рады были подчиниться, а вот сам он подчиняться не собирался. Со своим начальником он планировал выстроить равные отношения, где Буранбай будет выполнять роль младшего брата, к которому старший относится с уважением, но может позволить себе дать мудрый совет. А Буранбай будет ему, в свою очередь, предан как старшему брату.
Начальник, Дим Мавлютович, действительно, отнёсся к Буранбаю как к младшему брату. Не очень счастливый в браке, он не спешил домой и часто приглашал его в кабинет выпить виски и поговорить по душам. Алмабикә-апай уже тогда почувствовала, что что-то не так, но ограничилась предупреждением сына, что с начальниками лучше не заводить дружеских отношений и держаться на почтительном расстоянии. Но Буранбай был в восторге от Мавлютовича, так он его называл.
Однажды в их ведомство приехало вышестоящее начальство, и Мавлютович вызвал Буранбая в кабинет и велел отчитаться о проделанной работе. Сотрудницы отдела постарались, и Буранбай с видимой гордостью начал рассказывать о результатах.
– Ярай, етте*, – довольно грубо прервал Буранбая обычно приветливый к нему Мавлютович.
– Мин тамамламаным әле**, – заметил Буранбай. – Беҙ…
– Ишетмәнеңме ни? Бар, эшеңдә бул***! – вдруг рявкнул на него начальник.
Буранбай начал вскипать.
– Һеҙ ни эшләп минең менән улай һөйләшәһегеҙ****?
– Һин, малай, әллә әйткәнде аңламаныңмы*****?
Тут в Буранбае проснулся воин степей.
– Мин һиңә малай түгел******! – рыкнул он, схватился за край тяжёлого дубового стола и с грохотом задвинул его в угол, заблокировав Мавлютовича с той стороны. Буранбай чувствовал адреналин в крови, сердце бешено колотилось, а сам он лихорадочно соображал, с какой стороны лучше подобраться к Мавлютовичу, чтобы кәрәген бирергә*, когда его скрутили начальники, невольно ставшие свидетелями всего произошедшего.
Увы. Идиллические представления Буранбая об отношениях начальника и подчинённого нарушили древний иерархический принцип, который гласит: "бүре янында һарыҡ бул, һарыҡ янында бүре бул" ("будь бараном рядом с волком, будь волком рядом с бараном"), и которому Мавлютович, чиновник с опытом, свято следовал.
Алмабикә-апай удалось все уладить, тем более, что Буранбай не успел сделать ничего серьёзного, а за то, что подвинул стол, даже административных мер не полагается.
Буранбай ещё долгое время разрабатывал план мести Мавлютовичу, но, к счастью Алмабикә апай, потом увлёкся каким-то бизнес-проектом.
После этого Буранбай больше никогда не работал в государственных структурах.
___________
*Ладно, хватит
**Я еще не закончил. Мы…
***Не слышал? Иди, займись делом!
****Почему вы со мной так разговариваете?
*****Ты, мальчик, не понял, что я сказал?
******Я тебе не мальчик!
Буранбай уезжает на вахту
Потеряв надежду найти достойную работу в Уфе, Буранбай решил принять предложение двоюродного брата, который собирал строительную бригаду на севера. Его манила суровая мужская романтика, да и от жены он, признаться, немного подустал. Что не помешало ему обронить слезу при прощании.
Жене тоже было грустно: ей предстояло провести целых два месяца одной впервые со дня их свадьбы. Она с тяжёлым сердцем проводила мужа, и на следующее утро в первый раз за три года проснулась одна. Было подозрительно тихо. За окном пели птицы. "Почему я их раньше не слышала?", подумала жена Буранбая. Ах, да, ведь их не было слышно сквозь его храп. Часы показывали почти одиннадцать.
Она вышла на кухню, привычно потянулась за кружкой Буранбая и тут вспомнила, что сегодня он не будет готовить кофе. И яичницу из трех яиц ("обязательно их помой: а то подхвачу сальмонеллу!") он тоже не будет.
Она села и выпила две чашки горячего чая с бутербродами с сыром. Как странно, что ничего не надо готовить! На обед она сделала себе нелюбимый Буранбаем омлет, но не осилила и половины: так был решён вопрос с ужином.
Вскоре она обнаружила, что на неё одну надо не в два раза меньше еды, как она предполагала, а в три, а то и в четыре. Можно было приготовить кастрюлю или сковороду еды и есть её пару дней. Можно было приготовить лёгкий салат. Можно было заказать что-то, когда совсем не хотелось готовить. А готовить не хотелось.
Однажды вечером она вспомнила о папке загрузок, в которой её ждали фильмы и сериалы, которые было невозможно смотреть вместе с Буранбаем: у него была привычка громко комментировать глупый сюжет, плохую работу режиссёра и отвратительную игру актёров. А так как после Тарковского не было ни одного хорошего режиссера, то под разнос попадали все фильмы.
Она купила бутылку вина, сыра с плесенью и разных фруктов. С Буранбаем выпить бокал вина под фильм было нельзя: ему было мало одной бутылки, он снова шёл в магазин и заканчивал тем, что напивался и нередко становился агрессивным.
На вахте Буранбай чувствовал себя хорошо: он, по-видимому, скучал и часто слал долгие голосовые сообщения (так она узнала, что максимальная длина их в ватсапе – 15 минут, иногда он присылал несколько таких), в которых он рассуждал обо всем на свете. Ещё он присылал фотографии и видео того объекта, который строила его бригада, и его окрестностей. Ещё они созванивались. Буранбай выглядел уставшим, немного похудел и оброс. К концу второго месяца она вдруг увидела, что, оказывается, у него кудрявые волосы.
"Кто этот мужчина? Почему я за ним замужем?" – думала она, глядя на Буранбая через экран телефона. Несколько раз звонила Алмабикә-апай и говорила, что ей следует непременно забрать все деньги у Буранбая сразу по возвращении, иначе он их потратит невесть на что, а то и пропьет.
“Предложу ему развод, когда он вернется”, – решила она. И с тяжелым сердцем поехала встречать его на железнодорожный вокзал.
Буранбай был очень весел. С удовольствием съел приготовленный ею ужин (“Как я скучал по твоей стряпне!”), и был очень нежен с ней ночью. И несколько последующих. Разговор отложился, и начинать его было неудобно, ведь он скучал по ней, стало быть – любил?
Так они и не развелись. Постепенно все возвращалось на свои места. Буранбай стал раздражителен и гневался из-за кофе по утрам, а жена привыкла снова много готовить.
Иногда она хочет, чтобы Буранбай снова поехал на вахту. В папке загрузок скопились новые фильмы, и она даже знает, с какого начнет.
Буранбай и стирка носков
Однажды жена вернулась домой и увидела на батареях несколько пар трусов и ряды носков.
– Я сам постирал, – гордо ответил Буранбай на её молчаливый вопрос. – Там, в тайге, у нас не было удобств. Это была суровая жизнь…
– Я могу постирать их в машинке, – сказала жена.
– О, нет, – ответил Буранбай. – Когда я стираю носки настоящим хозяйственным мылом, а оно такое вонючее, я как будто живу какой-то очень простой, очень живой жизнью, понимаешь? Там, в тайге, мы строили объект, и я чувствовал, что впервые в жизни я делаю что-то такое, что можно потрогать руками, что останется, даже когда меня уже не будет. И я думал: зачем я учился на историка, зачем окончил академию управления? А оказалось, что именно там, в лесу, я почувствовал, что живу… В общем, я сам буду их стирать.
Долго это, конечно, не продлилось. Какое-то время Буранбай, как и задумал, сначала занимал ванную на целый час, затем развешивал на батареях трусы и носки, источающие пар и землистый запах хозяйственного мыла, и рассказывал таежные байки. Но у жены каждый раз подворачивалась то стирка своих колготок, то нижнего белья в стиральной машине, и она заодно закидывала и его вещи.
Так Буранбай и разнежился снова. Байки стали звучать уже разу по третьему, жена потеряла к ним интерес, и Буранбай перестал их рассказывать. Двоюродный брат остался недоволен заработной платой, и больше не собирался сколачивать бригаду.
Но тайга продолжает сниться Буранбаю по ночам. Где-то там, в темноте, стоит построенный им объект, и где-то там, в лесу, все ещё бродит Буранбай-строитель.
ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ
Автор: Тансулпан БУРАКАЕВА
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!