Начало здесь.
Предыдущая серия.
За завтраком Зуев был мрачен и капризен. Отказался есть яичницу, сказал, что пересолена. Сделал глоток кофе и отодвинул чашку в сторону. Ему явно хотелось привлечь к себе внимание жены и сына, которые сидели и молча жевали, погруженные в свои мысли.
Зуев потрогал лоб рукой.
- Мне кажется, у меня температура.
Вера встала, перегнулась через стол и приложила губы к его лбу.
- Нет у тебя никакой температуры, не выдумывай.
- Горло болит, глотать больно. И голова раскалывается.
- Выпей эффералган.
- Давай.
Зуев изобразил лицом страдание. Вера достала из холодильника таблетку, бросила ее в стакан, налила воды и подала Зуеву. Зуев взял стакан и зашипел.
- Горячая!
- Ничего, если горло болит, пусть прогреет как следует.
Зуев, продолжая изображать лицом страдание, выпил эффералган. Потом поставил стакан на стол и сказал решительно, как будто таблетка придала ему сил:
- Не пойду сегодня на работу.
- Вот еще новости, - всплеснула руками Вера.
- Не могу, Вера, заболеваю.
- Тогда иди в больницу.
- Сил нет. Понимаешь ты, сил нет.
- Если болеешь – иди к врачу.
- Да, в нашей стране для того, чтобы заболеть человеку, нужно иметь железное здоровье. Нужно пойти в больницу, записаться на прием и два часа просидеть в очереди, чтобы тебе посмотрели горло и сказали пить больше жидкости и соблюдать постельный режим. Я сам себе пропишу постельный режим.
- Зуев, дело твое, если ты не боишься, что тебя уволят…
- Если уволят, к Бокову пойду. Он давно водителя ищет.
- Так все ради этого? Хочешь, чтобы тебя уволили?
- Вера, ты себя слышишь вообще? Ты это говоришь больному человеку?
Пока Зуев убеждал Веру в том, что он болен, он, кажется, убедил в этом и самого себя. Его плечи обвисли, глаза потухли, а язык еле ворочался. Он почувствовал, что его бьет озноб, а горло, обожженное кипятком, начало першить. Он швыркнул носом, встал, пошатнулся и чуть не упал.
- Вера, что-то мне совсем худо. Позвони Ильину, скажи, что я не приду сегодня. Отлежусь пару дней.
- Ладно, позвоню, - лицо Веры смягчилось, - надень еще свитер сверху и ложись под одеяло.
- А свитер-то зачем? – удивился Зуев.
- Чтобы пропотеть как следует.
- Папа что, останется дома на весь день? – встревожено спросил Алексей.
- Кажется, да, - сказала Вера.
Она не заметила, что Алексей заметно нервничал в это утро. Он несколько раз заглядывал в спальню, где расположился отец. Но решила, что мальчик просто тревожится из-за состояния отца.
- Не беспокойся, - сказала она, - папа поправится. Просто небольшая простуда.
- Да я, - начал Алексей, осекся, махнул рукой и ушел, хлопнув дверью.
Вера вздохнула. Мальчик в последнее время стал совсем неуправляемый.
Прежде чем уйти, Вера выложила на кухонный стол все лекарства, что нашла в холодильнике и написала на вырванном из блокнота листе подробную инструкцию – что и в каком порядке пить.
- Вечером попрошу Тропкина зайти тебя посмотреть.
Тропкин – это терапевт. Он живет на первом этаже.
- Хорошо, - сказал Зуев слабым голосом. Он лежал, смотрел в окно и даже не повернул головы, пока не хлопнула входная дверь. В доме стало тихо.
Зуев лежал неподвижно еще несколько секунд, потом откинул одеяло и встал. Он снял через голову свитер и бросил его на кровать. Вышел в коридор, надел куртку, сапоги, шапку и вышел из дома.
Продолжение здесь.