К заглавию: не будем слишком строги к Западу. Ибо такова его природа по отношению к нам – да и не только к нам. Агрессивная. О чем еще писал в позапрошлом веке Николай Данилевский в книге «Россия и Европа». А если вдобавок – а лучше прежде Данилевского – почитать фундаментальную и интереснейшую монографию итальянского историка-медиевиста Франко Кардини «Истоки средневекового рыцарства» – многое из поведенческих моделей англосаксонских политиков становится понятным.
И еще отечественный историк Александр Филюшкин в своей работе «Василий III» обратил внимание на стремление Запада, начиная с XVI века, видеть в нас, словно в зеркале, все то, что им не хотелось бы лицезреть в себе. Вот и пялятся.
Но вот что еще примечательно: мы живем в мире символов. И одним из таковым стал Мюнхен. В 1938-м он явил собой фактически пролог к началу Второй мировой и превратился в позор для Великобритании и Франции.
Спустя шестьдесят девять лет этот город опять оказался в центре внимания мировой общественности. Тогда в отношении англосаксов прозвучало предупреждение о необходимости пересмотра их отношения к России и намек на то, что мир меняется. Кардинально.
Не заметили, точнее – не захотели заметить. Бывает. Сейчас наступает похмелье после опьянения победой в Холодной войне. Тяжелое. И так хочется, как давеча, на Балканах, дать в морду. Но глядя мутным взглядом, дыша перегаром и ища рассол, даже внешне уже не солидные господа понимают – нельзя. Свои челюсти да глаза жалко. Но алкоголь еще в крови. И он провоцирует агрессию.
Оттого и почудили на Мюнхенской конференции, которую я счел справедливым назвать конференцией опасности. Остается надеяться, что они, там, не берегах Рейна, Темзы, Изара и Сенны, протрезвеют. Если им, конечно, хозяева с берегов Миссисипи подливать ничего не станут.
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков
.