Вообще, термин «враг народа», возникший еще в 1917 году, поначалу был чисто юридическим. Под него подгонялись те граждане, которые совершали определенные действия и обвинялись в конкретных преступлениях против советской власти. Но в годы сталинских репрессий понятие перешло в разряд нарицательных. Им стали величать даже тех товарищей, которые были верны делу Партии и Ленина лично, но чем-то не нравились кому-то из соседей или сослуживцев. Ну и юридическую составляющую, конечно, никто не отменял – сажали врагов народа за милую душу!
Кто такой «враг народа»
Если говорить сугубо с юридической точки зрения, то с самого 1917 г. под этот термин подпадали те, кто занимался контрреволюционной деятельностью и вредил советской экономике. Например, сюда «влезали»:
- расхитители народной (социалистической) собственности;
- трусы и предатели, а в годы Гражданской войны их развелось немало;
- агитаторы и провокаторы, настраивавшие честных граждан против советской власти, причем, делающие это сознательно и целенаправленно.
В 30-е годы, с началом больших чисток, под врагов народа стали подводить тех, кто, например, сказал какое-то неосторожное слово без злого умысла или рассказал политический анекдот.
Правоохранители СССР того периода видели в этом вред для советской власти, им мерещилась контрреволюция, хотя по факту человек, спевший частушку про Сталина, мог быть кристально чистым и перед обществом, и перед законом.
Официально термин «враг народа» был выведен из обращения Хрущевым в 1958 году, но большая часть преступлений из 58 статьи УК РСФСР никуда не делась, за них продолжали сажать.
Доносы: ложные и истинные
Маховик репрессий ко второй половине 30-х разогнался не на шутку – задерживали днем и ночью, дома, на работе и на улице, за дело и по ложным обвинениям. Иногда даже чужие дела «прикрывали» весьма изощренным способом – например, нет годного подозреваемого по какому-нибудь политическому преступлению из серии распространения политических листовок, а закрывать нужно. В этом случае брали первого попавшегося гражданина и впаивали ему срок. НКВД план выполнял, «преступник» карался, создавалась видимость эффективной работы.
Однако большая часть задержаний происходила по ложным и истинным доносам, то есть какое-никакое основание было. Нет, мы не хотим сказать, что любой доносчик был лжецом, напротив, большая часть сообщений «куда следует» имела под собой почву, и задерживаемый по нему гражданин действительно оказывался преступником:
- агитатором и провокатором (начиная распространением запрещенной антисоветской литературы, заканчивая неосторожно рассказанным анекдотом);
- расхитителем социалистической собственности;
- шпионом ( были и такие, например, инженеры оборонных предприятий, сливавшие секретные чертежи иностранцам).
Правда, была тонкость – даже если задерживали по ложному доносу, то доказать невиновность было практически невозможно. У НКВД стояли планы, кроме того, в биографии каждого человека найдется что-то скользкое, так что повод для ГУЛАГа находился почти всегда.
Задержание
Чаще всего задержание происходило дома по ночам или ранним утром, когда «враг народа» спал. Преимущества такого подхода налицо:
- он растерян, потому что едва проснулся, не в состоянии оказать сопротивление;
- никто не поможет и не поддержит – соседи не станут вмешиваться и заступаться, домашние в таком же шоке, как и он сам;
- почти нет лишних свидетелей ареста.
Иногда за врагами приезжали на работу, изредка, если не было иной возможности, брали на улице, но в редких случаях это заканчивалось неудачей.
Так, одну женщину в Москве сотрудники НКВД хотели «принять» в момент, когда она шла с работы домой. Подъехал «воронок», вылезли люди в форме, а та принялась кричать на всю улицу, брыкаться и всячески привлекать внимание прохожих. Отстали. Правда, потом все равно арестовали, той же ночью.
Ну а дальше было следствие, во время которого задержанный, не чувствующий за собой никакой вины, надеялся на то, что «разберутся», «найдут настоящих виновных», «отпустят». Такое было редко. Обычно состав преступления находили, и человек получал свой заслуженный срок. Кстати, самым распространенным наказанием во все годы репрессий было лишение свободы на 10 лет. Расстрел же присуждали довольно редко, и в большинстве случаев тогда, когда преступление оказывалось действительно опасным для общества и государства, а доказательства его были железобетонными.
Источники:
https://back-in-ussr.com/2015/01/nikakoy-poschady-vragam-naroda.html
https://gmig.bm.digital/ontology/310921586687369216/vrag-naroda