Петр Шейнзон входит в литературу сразу с романом, который писал с 2013 года. Это сложное повествование, пронизанное чувством экзистенциальной тоски и ностальгии. Петр — кандидат медицинских наук, и проза его тоже местами по-медицински подробная и неутешительная. При этом не стоит ждать замедленного темпа повествования или провисающего линейного сюжета — это бодрый приключенческий роман о смелом и умном человеке.
Глава 4. Неожиданное задание
Анциферов вышел из кабинета шефа совершенно ошарашенный. Отпуск, которого он ждал так долго, чтобы отправиться на Байкал и в Китай, отменяется. Вместо этого он будет вести уголовное дело против олигарха из списка Форбс. Они там наверху что, все с ума посходили? Конечно, он маленький человек и подчинится воле начальства, но ведь можно было подождать. Неужели этот олигарх за месяц куда-нибудь денется? Сдался он им. Вынь да положь, понимаешь. Он с таким трудом уговорил жену и дочку поехать на Байкал, а теперь…
На улице было сырое октябрьское утро. Первым делом Сергей зашел в гастроном возле прокуратуры. Купив квашеной капусты на развес и бутылку «Флагмана», он вернулся в свой кабинет. Выложил капусту на блюдечко, налил себе полный стакан и выпил залпом, поморщившись и крякнув от удовольствия.
Тепло разлилось по телу и достигло мозга. Взяв кусочек капусты, он медленно отправил его в рот. «Значит, так, — думал Сергей. — Шеф хочет, чтобы я за ближайшие две недели нашел доказательства вины Хлопонина. Пока из документов только распечатка о незаконной приватизации Уфимского нефтехимического комбината. И все. Он охренел. И в помощь, главное, никого не дал. Сука».
Он налил себе еще полстакана. Выпил. Пальцы сами полезли в капусту. Нащупав в капусте клюкву, он долго вертел ягодку в пальцах, потом бережно положил в рот. Мысли совсем не лезли в голову. Только обида жгла его.
Сколько времени он ругался с Мариной и наконец уговорил ее ехать с ним в отпуск на Байкал, в завершение поездки пообещав сгонять на недельку в Поднебесную. И теперь на тебе.
В кабинет заглянул сам виновник произошедшего.
— Что, Анциферов, вижу, ты уже весь в работе, — съязвил Пестрюк.
— Владлен Вадимыч, как я теперь жене в глаза буду смотреть?
— C гордостью будешь смотреть, Сергей, когда лично арестуешь главного врага, — Пестрюк изобразил руками кавычки. — нашей страны. А насчет отпуска не волнуйся. За неудобства, вызванные приказом с самого верха, получишь от меня и от руководства лишний месяц отпуска и премию. Ты лучше иди домой и хорошенько проспись перед работой.
Сергей убрал водку в холодильник, бросил пакет с остатками капусты в сумку и двинулся к выходу. Оставив ключ на проходной, он вышел на улицу. Накрапывал мелкий дождь.
Не успел он выйти на улицу и вскинуть руку в приветствии голосующего, как Мухин окликнул его:
— Сергей, тебя подвезти?
Анциферов молча кивнул. В машине было тепло и пахло каким-то благовониями. Рядом с зеркалом висела маленькая иконка. Мухин включил музыку, и они поехали. Зазвучал хриплый голос, музыканты тут же подхватили мелодию. Сергей удивленно покосился на Мухина.
— Это «Ят-Ха», тувинский рок, — улыбаясь, произнес тот.
Анциферов иногда был неразговорчивым бирюком, а сегодня, после того, как его ошарашил неожиданным заданием шеф, стал совсем угрюмым. В молчании они доехали до многоэтажки, где жил Анциферов.
Кивнув соседке с коляской, он зашел в подъезд. Лифт сломался, пришлось идти пешком. Между вторым и третьим этажом на лестнице сидел мужик в тельняшке и краповом берете со стаканом и бутылкой водки — бывший десантник дядя Миша. Когда он ругался с женой или дочкой, то надевал тельняшку и берет и шел в таком виде на улицу. Сейчас на улице было холодно, и он сидел в подъезде.
Увидев Анциферова, он отдал ему честь и предложил сесть рядом.
— Домой спешу, — попытался увернуться Сергей.
— Но за десантников со мной выпьешь?
Сергей молча кивнул. Опрокинув стакан и даже не закусив, он похлопал дядю Мишу по спине и пошел наверх. Открыв дверь, он с порога понял, что дома гости. На коврике у двери стояли огромные гриндерсы. Из ванной вышла дочка в одном полотенце, за ней вывалился татуированный детина в семейках.
— Папочка, а у тебя что, сегодня выходной или прокуратуру заминировали? — ехидно поинтересовалась Лера.
— А ты сама почему не в школе?
— А школу — заминировали!
— Слышь ты, секс-бомба малолетняя! Быстро оделась — и марш в школу. Развели тут Камасутру, любовнички!
— Да я сейчас!..
Он не дал ей договорить и зашел в свою комнату, заперев дверь на ключ.
Издевательски тикали часы. Непроизвольно сжимались кулаки. «Сука этот Пестрюк. Все карты мне спутал», — думал Сергей.
Он достал из мини-холодильника бутылку «Абсолюта».
«Не, надо завязывать. Так я совсем сопьюсь, — мелькнула мысль в голове. — С кем же Лера останется? Отберут ее у меня тогда. Эх, если бы это видела Олечка».
Он вынул из дипломата папку с документами. Там лежала всего одна странная бумажка. Документ о приватизации Уфимского нефтехимического комбината. Явно не первой свежести бумага, девяносто шестой год. Но печати и подписи выглядели подозрительно свежими.
«И что, неужели этого достаточно? Здорово работают наши коллеги. Хотят, чтобы я арестовал олигарха на основании этой филькиной грамоты? Ну-ну».
— Лера, сделай мне чаю!
Никто не ответил. Дверь со стуком захлопнулась. Последнее время отношения у них не ладились. Жена грозилась подать на развод, а у дочки вовсю играли гормоны. Лишь бы только не залетела.
На кухонном столе лежала пепельница с маленькими скрученными туловищами сигаретных бычков. Найдя среди горы грязных тарелок блюдце, он помыл его и поставил чайник. Раздался щелчок, и из чайника начал подниматься пар. Налив в чашку кипятка и кинув пакетик чая, он вернулся к себе. Последнее убежище от бунтов дочки и претензий жены. Фотография в ящике стола была иконой спокойствия. На ней еще длилась прошлая, счастливая и веселая жизнь. Задвинув ящик, он опять взял в руки документ о приватизации комбината. И что с ним делать? Сергей зевнул. Все расплылось вокруг.
Сергей сидел на пассажирском кресле микроавтобуса, рядом с ним ехал Пестрюк со своей неизменной злорадной улыбкой. Слева сидел Мухин, а сзади теснились трое омоновцев. Они выехали прямо на взлетную полосу и преградили путь бензозаправщику самолета, где находился особо опасный преступник — олигарх Хлопонин. Из двух автобусов толпой выскочили омоновцы и заблокировали все входы и выходы в самолет олигарха. Пестрюк вальяжно выплыл на взлетную полосу и, учтиво поклонившись Сергею, подал ему руку:
— Вылезайте, господин Анциферов. Мы очень рады, что вы соблаговолили принять участие в задержании.
Сергей вышел из машины и направился к трапу.
Глава 5. Семейные будни
Тут кто-то сильно затряс его за плечи. Пестрюк вместе с самолетом исчезли, и Сергей открыл глаза.
Над ним стояла недовольная жена:
— Просыпайся! Пока ты тут спишь, Леру с ее ухажером в милицию забрали.
— Что там стряслось? Они были дома, когда я пришел. Ах да, я же их сам выгнал из дома и послал на занятия. Когда же они успели натворить делов?
— Ну вот, ты выгнал, ты и разбирайся. Это твоя дочь, а не моя. И еще если из-за этих проблем мы опять не поедем отдыхать, как все нормальные люди, я от тебя уйду. Надоело мне это все.
Сергей умылся и сварил себе кофе. Три часа прошло, а сколько всего свершиться успело. Олигарха арестовали. Нет, этого не было. Оленька, зачем же ты нас покинула?..
Взяв трубку, он позвонил в отделение, представился. Дежурный, услышав, с кем разговаривает, тут же позвал Леру.
Из трубки донеслись рыдания:
— Папа! Приезжай и забери нас отсюда! Леша с милиционером подрался!
Сергей выдохнул. Слава богу, Лера ни при чем. Надев кожан, он сбежал по лестнице, чуть не сбив идущую навстречу соседку.
Его старый жигуль стоял на своем месте. Вставив ключ в зажигание, он услышал, как мотор два раза чихнул и наступила тишина. Похоже, аккумулятор сел. Можно было взять автомобиль жены, но унижаться не хотелось. На счастье, неподалеку оказался знакомый таксист Рамиль, который помог ему завестись. Когда Сергей подъехал к отделению милиции, уже стемнело. Дочка стояла и курила на улице. Теперь она уже не стеснялась делать это открыто. Увидев отца, она бросила на пол окурок и зло затоптала его:
— Скажи, чтобы Рому отпустили. Он с милиционером подрался, потому что меня защищал.
— Милиционер к тебе приставал?
— Да! Докопался, что я с пивом иду.
— И был абсолютно прав.
— Ой, ты еще не начинай, пожалуйста.
В отделении милиции пахло свежевымытым полом вперемешку с запахом мочи и пота. Комбинация получалась потрясающая.
К Анциферову сразу подошел начальник отдела и пожал ему руку:
— Дочка у вас огонь. Обещала всех нас отправить под суд, если мы не отпустим ее друга.
Сергей невольно улыбнулся:
— Мой характер.
Сергей подписал бумаги за парня, и они вышли из отделения втроем. Он взял Леру за руку и повернулся к парню:
— Очень надеюсь, что такое с тобой больше не приключится. В следующий раз вызволять тебя поедет твой папа-депутат. И еще: чтоб больше никакого алкоголя на улице!
Они сели в машину, и он включил магнитолу. Играли «Прогулки по воде». Мысли растекались, никак не удавалось сосредоточится. «Завтра приедет Юстинов, а у меня ничего не готово», — билось в голове.
— Пап, да выключи ты это старье, — сказала Лера.
— А могла бы просто сказать «спасибо», — буркнул он, но музыку выключил.
Продолжение следует...
#современная проза #современные писатели #новый роман #литература #формаслов
Премьера: роман Петра Шейнезона «Крах»