Я часто показываю гигантские крестьянские дома, что стояли на Русском Севере, и читатели нередко удивляются, как крестьянам могли принадлежать такие постройки (крестьян же многие нищими считают). Потому нередко и пишут в комментариях, что наверное это не крестьяне, а купцы.
Конечно, купцы тоже в деревнях вполне себе жили. Однако, крестьянину не обязательно было переходить в другое сословие, торговать он мог и так. Соответственно, крестьянин мог быть очень богатым, и ничто не мешало ему строить какие угодно хоромы.
Тут мне надо отвлечься и заметить, что на севере и так были большие дома, сами по себе, даже у не очень богатых крестьян. Все потому, что северная постройка объединяла в себе и жилую, и хозяйственную часть, под одной крышей. То есть это был большой хозяйственно-жилой комплекс. Да и леса на севере хватало, поэтому ограничивать себя при строительстве — не было особого смысла.
Однако, у зажиточных крестьян дома могли быть поистине монументальными.
Сословно-податная группа торгующих крестьян была образована на основе указов 1714 и 1724 гг., предоставивших возможность получения этого статуса любому селянину, имевшему размер торговых операций не менее чем на 500 руб.
Учреждение этой сословной группы предоставляло крестьянам легальные возможности для занятия торговлей и промыслами, в том числе и в городах. По данным В.Н. Разгона, доля торгующих крестьян в Сибири составляла 10,6% от общего состава торгово-промыслового населения.
Интересно, что торгующие крестьяне конкурировали с купцами, что купцам очень не нравилось. Вопрос об ограничении торговых прав крестьян ставился купцами еще во время работы Уложенной комиссии 1767-1769 гг.
Больше всего возможностей у крестьян появилось уже после ликвидации крепостного права в России. Этому же помогло и развитие транспорта, а как следствие — и торговых связей. Из-за всех этих процессов появился мощный слой торгующих крестьян, которые конкурировали с купцами, сбивая цены.
Производство товаров стало давать теперь более высокую прибыль, чем торговля, и купеческие капиталы начали активно переливаться в промышленность. В середине века свыше 90% купцов 1-й гильдии владели промышленными предприятиями.
Так, получается, купцы в 19 веке становились крупными производителями, а крестьяне все больше переходили в торговлю, что совершенно логично: если ты выращиваешь зерно, или занимаешься промыслом, то гораздо выгоднее не сдавать товар кому-то на сторону, а самому стать продавцом, и реализовывать все напрямую, минуя посредника, который, разумеется, так и норовит тебя обмануть, сбивая цену.
В результате торговлей занимались минимум четыре группы:
- купцы
- торгующие крестьяне
- мещане
- дворяне-промышленники
Как и нынешние предприниматели, крестьяне могли владеть небольшой лавочкой, а могли заниматься крупным бизнесом.
Про очень богатого торгующего крестьянина, проживавшего в Архангельской губернии, прочитала на днях
Михаил Семёнович Гусев был монополистом по поставкам в Европу солонины из России. У него были десятки кораблей в собственности, барж, складов, много наёмных работников, несколько магазинов, жилых домов и контор.
Его огромный дом был построен в 1886 году и состоял из 14 жилых комнат на двух этажах. На главный фасад выходили 13 окон, на боковой фасад — по 24 окна.
Но были и другие варианты торговли. Вот, например, эта женщина, жившая на территории нынешней Карелии в конце 19 века.
Ее сыновья уехали торговать в Великое княжество Финляндское (Финляндию), где держали лавку, а она вместе с дочерью осталась жить в деревне Ювалакша.
Жили мать с дочерью небогато. Вдвоем возделывали поле, ухаживали за скотиной и ловили рыбу. Все это требовало от них неустанного труда, у них не было средств часто нанимать поденщика. Мать и дочь были усердны и, зарабатывая немного продажей муки (они имели маленькую мучную лавку), кое-как перебивались. Иногда к ним останавливались на постой, и плата за проживание была подспорьем.
Вот тут про них я писала подробно:
В общем, как видите, крестьяне тоже вполне себе занимались торговлей, и могли быть очень богаты, а могли просто зарабатывать на более-менее неплохую жизнь.