Мать сняла трубку после пятого гудка, когда Триша уже собиралась нажать отбой.
- Да? – услышала она холодный разраженный голос матери.
Триша хотела было представиться, но, как оказалось, та тоже сохранила ее номер.
- Патрисия? Что-то случилось?
Ее никто так не называл, и это имя царапнуло ее напоминанием того, что именно мать выбрала это имя.
- Я… Здравствуйте. Я хотела спросить, не могли бы мы встретиться?
- А ты разве не в Англии?
Надо же, и это знает.
- Нет, я уже несколько месяцев здесь.
Триша подумала, стоит ли говорить про Лиду и Настю, но решила пока повременить.
- А что, по телефону нельзя обсудить? – с раздражением спросила мать. – Тебе что нужно, деньги?
Опять деньги – неужели для нее больше нет ничего важного на свете?
- Нет, с деньгами у меня все в порядке, - соврала Триша. – Я просто хотела поговорить. Узнать что-нибудь про родственников. Ну, в детском доме же должна была быть какая-то информация?
- Это еще зачем? – удивилась мать.
- Хочу разобраться в себе, - честно ответила Триша.
Мать помолчала, а потом произнесла:
- Бросай это все, глупостями маяться. И зачем ты вообще в Россию вернулась, что тебе тут делать? Нет, ты точно в отца пошла…
И тут Триша поняла – нет, не потому она все это делала, чтобы доказать всем, что она лучше, чем ее мать. А потому, что в глубине души ей казалось, что если она будет хорошей, то однажды кто-то наверху это оценит, и ее мать, наконец-то, подарит ей хотя бы немного любви…
«А зачем она мне? – вдруг подумала Триша».
- Ладно, извините, что побеспокоила. До свидания, - она попрощалась и положила трубку. На душе было как-то гадко, но при этом Тришу словно бы отпустило. Она поняла, что теперь может делать что хочет, и неважно кто и что об этом подумает.
Поездка в Москву прошла успешно – оказалось, что ее резюме затерялось где-то среди других писем и его просто не заметили. Место в интересующей лаборатории для нее нашлось, ее работа в Англии была неплохим козырем. И все закрутилось как-то очень быстро – переезд, новая работа и новая жизнь, какой у нее никогда раньше не было – теперь она была предоставлена сама себе и могла делать то, что хотела.
Света, конечно, расстроилась, что подруга уезжает, но Триша обещала часто ее навещать. Такое же обещание она дала и Грише, который больше не поднимал разговора ни о своих чувствах, ни о том, что она не должна оставлять Соню.
Правда, пока она не могла осуществить свое обещание – переезд ей дорого обошелся, и она с трудом сняла комнату, пока было не до лишних трат. Конечно, ей было здесь немного одиноко, но она старалась занимать свое время.
По воскресеньям дел было не особо много. Триша сходила в магазин, закупила продуктов на неделю, предварительно составив строгий список, за пределы которого постаралась не выходить. Поднимаясь в квартиру, она автоматически взяла почту – хозяйка квартиры просила ее об этом, ей приходило много писем от каких-то подружек. Вот и сегодня она не глядя занесла ей в комнату пачку писем.
Через пять минут раздался голос хозяйки:
- Триша!
Она заглянула в комнату, размышляя, что могло от нее понадобиться.
- Это тебе письмо, - она сунула Трише конверт, на котором действительно было написано ее имя.
На обратном адресе значился адрес Гриши – и что такое он мог ей прислать?
Она поблагодарила хозяйку и пошла в комнату. Только собралась распечатать конверт, но тут раздалась мелодия входящиего видеозвонка – это была Света.
Триша отложила конверт и взяла трубку.
- Привет! – Света лучилась такой счастливой улыбкой, что Триша сразу все поняла – у той уже два дня была задержка, но тест пока ничего не показывал.
- Привет! Я смотрю тебя можно поздравить?
- А как ты догадалась? – удивилась Света. – Вася уже, что ли, доложил?
- Да у тебя улыбка от уха до уха, что тут догадываться! Поздравляю, я так рада за вас! Как там Вася?
- Гордый, ты бы его видела! К бабушке поехал докладывать. Я ему говорю, чтобы не болтал пока, но он не может удержаться. Меня тоже с собой звал, но я не поехала – что-то мне страшно теперь из дома выходить, вдруг что-то случится?
- Это ты брось, - велела ей Триша. – Что с тобой может случиться? Даже и не думай – все будет хорошо, теперь-то уж точно.
- Ты думаешь? Ой, Триша, я такая счастливая… Ты себе не представляешь!
Они проговорили еще минут двадцать, и только после этого Триша смогла открыть конверт.
От Гриши там была совсем небольшая записка:
«Привет! Это пришло на наш адрес, и я решил тебе переслать. Не говорил заранее, чтобы ты не переживала».
Триша развернула вложенные бумаги. Это были ксерокопии каких-то документов, и сначала она не поняла, что это вообще такое, а потом… Это были документы от ее матери, видимо, она все же провела когда-то исследование своего прошлого. Тут были документы из детского дома, какие-то ксерокопии, фотографии… И небольшое письмо от матери.
Триша читала его, затаив дыхание, и не могла понять, что для нее важнее – то, что она теперь что-то знает о своих родственниках или то, что ее мать все же ей написала.
Не было никакого семейного заклятья. Ее бабушка не отказывалась от матери – она просто погибла, утонула в реке, когда матери было полтора года. Отец сидел в тюрьме – приревновал жену и убил своего друга, в тюрьме и умер от какой-то болезни. Была какая-то дальняя родственница, но ей ребенка не отдали из-за отсутствия жилищных условий.
Хотя… Триша подумала – есть нечто общее у бабушки, у матери и у нее самой - все они влюблялись в ревнивых мужчин, недаром же мамин новый муж был против, чтобы она брала с собой дочь от прошлого мужчины. Вот и Триша умудрилась выбрать такого же, хотя, можно сказать, что уже и нет – с Костей она не виделась с дня похорон Насти.
Она отложила письмо в сторону, взяла телефон и набрала сообщение: «Здравствуйте! Спасибо, я получила письмо. Для меня это очень важно».
Через несколько минут пришел ответ: «Могла бы мне и не выкать. Не за что».
Триша долго сидела и смотрела на это сообщение, словно бы буквы могли сказать ей нечто большее, чем значение этих нескольких слов.
Раздался звонок в дверь, и это вывело ее из ступора – она никого не ждала, но пока они говорили со Светой, слышала, что хозяйка ушла. Может, замок заклинило? Хотя это странно.
Она посмотрела в глазок и замерла. Там стоял Костя.
Триша открыла бы дверь сразу, но решила немного помучить его – пусть знает!
Он нажал на звонок еще раз, а потом сказал:
- Я слышал твои шаги.
Триша, с трудом сдерживая улыбку и примеривая суровое выражение лица, повернула замок. Она собиралась быть строгой и равнодушной, пусть не думает, что она его тут ждала! Но все ее планы тут же рухнули – в руках Костя держал картонную коробку, в которой сидел ну просто замечательный щенок.
По лицу Триши расплылась улыбка, ничуть не меньше, чем совсем недавно она увидела у Светы. Но все же нужно было держать марку.
- Как ты меня нашел? – спросила она, и голос ее поневоле дрогнул.
- У Гриши твоего спросил.
- У Гриши? – поразилась Триша, совсем забыв о том, что собиралась не показывать ему никаких эмоций.
- Ну, Света бы тебе сразу разболтала, так что…
Трише сложно было представить, как это было – Костя обращается к Грише? Нет, это было что-то на грани фантастики.
- И что это за собака? – уже чуть теплее спросила она.
- Ты же говорила Лене, что хочешь такую.
- Ну да, я в курсе, что ты его приставил меня охранять!
Воспоминание об этом помогло Трише вернуть строгость.
- Не охранять, а помогать, - смиренно поправил Костя.
- Так это мне?
- А кому же еще?
Триша решительно взяла коробку из его рук и сказала:
- Это все? Я могу идти?
Костя переступил с ноги на ногу, посмотрел ей в глаза.
- Прости меня, - попросил он. – Я знаю, что был неправ. Но я постараюсь исправиться. Нет, не так – я обещаю исправиться.
Триша вздохнула. Можно было, конечно, еще его помучить. Но…
Она осторожно внесла коробку в квартиру и поставила на пол. После этого шагнула к Косте, посмотрела ему в глаза и сказала:
- Если я хоть раз увижу, что ты ревнуешь меня к кому угодно – я от тебя уйду. И имей в виду, что я часто буду ездить к Грише и Соне, она моя единственная родственница, не считая матери. А еще – я буду делать то, что хочется мне, а не тебе. И в Англию я не поеду. Вот.
Костя улыбнулся и спросил:
- Где мне подписаться? Я на все согласен.
Триша обняла его, и впервые за долгие месяцы поняла – все будет хорошо.
Конец.
Другие мои повести: