Эту историю мне рассказал папа моей давней знакомой. О том, как жених Сонечки (а теперь уже много лет счастливый муж, отец и теперь уже дедушка) из-за злых наговоров чуть без невесты не остался. И как отец Сони не позволил сплетникам разрушить счастье детей. Случилось это тридцать лет назад.
Проводы в армию
Когда Владик не поступил в институт, перед ним настойчиво замаячил призрак армии. Парень, ясное дело, расстроился. Не потому, что придется служить, а потому, что здесь, в городе, оставлял он свою девушку. А Соня – девица яркая, красивая, заводная. Еще в школе вокруг нее кавалеры вились, на дискотеке ни разу не сидела в углу, ожидая приглашения на танец. Конечно, за такой девкой глаз да глаз нужен! Владик в школе местных парней быстро отвадил от Соньки, поставив двум-трем по фингалу, а вот уйдет он в армию…
Соня, конечно, на шее у Владика висла и клялась, что без него и за порог квартиры не выйдет! Дескать, никого, кроме Владика, ей не нужно, любит она его, вот!
Владик от этих слов еще больше мрачнел и хмурился.
На проводах Сонька горько плакала, подружки обещали за ней присмотреть, а Сонька, жарко целуя Владика в губы, шептала:
- Я обязательно дождусь!
Письма из армии
Владик ушел в армию. Соня осталась дома. На дискотеки девушка ходить перестала, хотя подружки усиленно тянули ее «развлечься».
- И чего дома сидишь? – спросил однажды Соню отец.
- Да ну, - отмахнулась дочь, - потом еще понапишут всякого Владику ребята…
Отец усмехнулся. Он знал, что Владик настоятельно просил друзей-приятелей, оставшихся на гражданке, присмотреть за невестой. Если уличат ее в неверности, соперникам зубы выбить, а в армию обиженному солдату обо всем написать и обо всем доложить.
Соня, видимо, об этом тоже знала.
Невесте Владик писал часто, а вот Сонька, дуреха ленивая, на эти весточки отвечать не торопилась. Во-первых, училась очно в институте, а потом подрабатывала в магазине, приезжала домой поздно вечером, сразу спать бухалась. «Завтра отвечу», - отмахивалась от родителей Сонька, когда те протягивали ей очередное письмо от Владика. А один раз, свалившись в постель, пробормотала отцу:
- Посмотри, что там Владька пишет? Все в порядке? Ну и ладно.
Никаких секретов от отца и матери у дочери никогда не было.
С того раза отец стал письма от жениха дочери читать регулярно. А раз в два месяца Сонька все же писала длиннющее письмо Владику, описывая события за этот период времени. Просила не обижаться, что затягивала с ответом, объясняла занятостью. А потом Соня еще записалась на курсы машинописи и, чтобы набить руку, стала печатать письма своему солдату.
Зачем дочке волноваться?
Как-то Сонька тяжело заболела. О том, чтобы писать жениху в армию, – и речи быть не могло: у девушки онемела правая рука. После больницы родители отправили дочь в санаторий. А в это время из армии от Владика стали приходить странные письма. Отец, по своему обыкновению, вскрывал конверты, проглядывал, о чем пишет жених дочери (ведь Сонька сама ему разрешила!), и однажды увидел в одном из писем не слова признания, а листок со следом подошвы от солдатского сапога! Обычная издевка военнослужащих, посчитавших, что невесты им изменили! Соньке, уже испытавшей нервный срыв, новые потрясения были не нужны. И отец скрыл от дочери это послание. Следующие гневные письма отец Соне тоже не показал. Он сел за пишущую машинку и написал письмо Владику. От Сони.
Письма за дочь Степан Петрович писал месяца три. Соня ни о чем не догадывалась. Отец преступно перехватывал нежелательные письма от обиженного Владика и Соне их не показывал.
А как-то вечером поймал за грудки одного из приятелей Владика во дворе и настоятельно рекомендовал написать солдату, что невеста ему верна. Убедительные просьбы (а может быть, сто десять килограммов Степана Петровича при росте метр восемьдесят) проняли дружка, который, кстати, в одном письме к Владику пустил неумную шуточку в адрес Сони. Приятель тут же послал Владику весточку, в котором вынес Соньке оправдательный приговор. И Владик снова стал заваливать невесту ласковыми письмами.
Вот эти письма отец с удовольствием стал отдавать дочери, которая как раз вернулась из санатория. В институте Соне пришлось брать академический отпуск по болезни, с работы она тоже уволилась, поэтому сидела дома на радость обеспокоенным родителям. И вот тут у Сони нашлось время, чтобы писать жениху.
Пирком да за свадебку!
Свадьбу сыграли через три месяца после того, как Владик вернулся из армии. Родители напряглись и купили молодым собственную квартирку. В ней и устроили торжество. И только на свадьбе подвыпивший Степан Петрович, отведя в сторонку Владика, признался, что несколько месяцев парень переписывался с отцом невесты. Владик, конечно, уже знал о болезни девушки и не стал винить родителя в таком грехе, как чтение чужих писем. Он просто понял, что иначе любящий отец поступить не мог. А еще понял, что Степан Петрович спас любовь детей, не дал чужим наговорам разрушить счастье Сони и Владика.
У Софьи и Владислава двое детей, сын Степан и дочка Елизавета. Дедушка Степан Петрович, пока внуки были маленькие, с огромным удовольствием с ними возился, а теперь правнуков нянчит.