– Короче, нырнешь, и плыви как можно дальше, – объяснял Вася, пока Аня стягивала ботинки, – доплывешь до середины реки, потом еще немного, и тогда уже можешь выныривать.
Они стояли на берегу обнаружившейся прямо за домами небольшой речки, а Вася рассказывал так, будто делал это уже не в первый и даже не во второй раз. Течения, казалось, не было вовсе, стоячая вода блестела на солнце, и Аня думала, что запросто переплывет не только половину, но и всю речку целиком.
Не то чтобы она в самом деле верила противоречащим друг другу рассказам, просто этот сон ведь должен был как-то окончиться. Да, Аня теперь помнила, как взяла и провалилась в лужу в переулке, самую обычную, такую, какие бывают повсюду после сильного ливня. Вот только что мешало и этому событию – быть частью сна, а не сводящей с ума реальностью? Оставаться здесь среди низких домиков, леса и чистого поля, в котором зазывно пели то ли феи, то ли другие какие чудовища, не хотелось категорически. Аня хотела уже проснуться, рассказать кому-нибудь свой сумасшедший сон, чтобы вместе посмеяться.
Ничего интересного и захватывающего ведь в самом деле не случилось, Аня лишь путалась и пугалась, шаталась по лесу и говорила со странными людьми, одновременно утверждающими, будто она принцесса, и что ее не существует.
– Почему до середины? – поинтересовалась Аня, аккуратно ставя ботинки рядом и запихивая в них носки. – И как я пойму, что проплыла половину?
Речка блестела перед глазами, переливалась рыбьей чешуей и была такой тихой, что звенело в ушах. Сверху светило желтое солнце на голубом небе, облака рассеялись и стало жарко. Мягкая трава колола босые ступни, а чуть дальше скрывали берег высокие камыши. Подойти можно было только в одном месте, где земля скатывалась в воду и там исчезала, надежно скрытая отблесками на поверхности.
– Я же сказал – тебя не существует, – фыркнул Вася, уперев руки в бока, будто говорил нечто само собой разумеющееся, – ты не живая и не мертвая. А как до середины доплывешь, так сразу и поймешь: ко дну тебя потянет со страшной силой. Если проплывешь чуть дальше и выплывешь – будешь живая, а нет так нет.
Вот тут-то Ане стало как-то боязно, мурашки табунами расползлись по коже и сердце ухнуло в пятки. То есть она должна плыть, а ее при этом вниз тянуть будут.
Ветер облизывал щеки, трепал волосы и забирался под рубашку будто по-настоящему, словно реальный ветер, а не деталь вышедшего из-под контроля сна. Сколько раз ей снилась всякая ерунда, где она делала всякие глупости, а потом напрочь забывала, Аня не могла бы сосчитать, потому что попросту не помнила. И сейчас, думала она, наверняка, стоит сунуться в воду, и она наконец проснется, забудет и этот сон тоже и будет жить дальше как ни в чем не бывало.
– То есть проплыву половину речки и еще…
Она запнулась, повела плечами.
– Хотя бы немного вперед и сразу выныривай, – подсказал Вася, прищурившись и глядя на мерцающую воду.
– И тогда я стану живая? – Аня склонила голову набок, принялась расстегивать пуговицы на рубашке.
Если ее будут тянуть вниз, стоит избавиться от любой мешающей одежды.
Вася глянул на нее, кашлянул и сразу отвернулся. Низкий короткий хвостик его каштановых волос забавно трепетал на ветру, а на ушах и скулах, Аня видела даже отсюда, расплывался густой пунцовый румянец. Что-то в груди у нее кольнуло неприятно и тяжело, но она отбросила это чувство вместе с одеждой и с визгом забежала в воду по щиколотки.
От холодной воды мурашки расползлись по телу, голова слегка закружилась, и Аня остановилась, поглядела себе под ноги. Дальше земля обрывалась так, что дна видно не было, потоки холода бились о ступни, а тугие круги расползлись до самой середины реки. Дыхание на мгновение выбило из груди, Аня поежилась, сомневаясь, попыталась шагнуть обратно, но нога соскользнула по мокрой земле.
Она стояла нагая в холодной реке и, кажется, ни туда, ни обратно двинуться уже не могла.
Начало. Предыдущая. Дальше.
Ставьте лайк, подписывайтесь и оставляйте комментарии, чтобы поддержать автора и не пропустить продолжение!