Золотые блики скользили по стеклам буфета. Изящный и загадочный узор деревянных дверок. За ними, словно через окошки, виднелись ваза, похожая на вытянувшуюся цаплю, и чайный сервиз. И фотография. Она стояла поодаль от остального. На ней запечатлелось мгновение чуть лукавой, чуть грустной улыбки молодого человека. Тонкие руки проворно справились с ключиком, открыли дверки и осторожно извлекли две чашки и два блюдца. Фарфор дрожал и волнующе позвякивал. Девушка поставила чашки на низкий столик, ушла и через минуту вернулась на цыпочках – хотя никого больше в квартире не было – и положила на блюдо пирожные. Медного цвета струя наполнила одну чашку до краев, вторая осталась пустой. Запахло мятой, и, казалось, можно было видеть ее изумрудные волны, растекающиеся к углам комнаты и дальше – прямо в туман, окутавший выписанную на настенной картине дорогу. Девушка опустилась на стул, то смотря на фотографию, то поглядывая на ровный ход часовой стрелки. Это было лишь крохотное ожиданьице по сра