Джон Бонэм из Led Zeppelin и Кит Мун из The Who были двумя легендарными барабанщиками из групп, вошедших в историю рок-н-ролла, но покинули этот мир слишком рано, когда их коллективы были на пике успеха. Несмотря на то, что по сравнению с коллегами по группе у них была короткая карьера, они стали друзьями, и в интервью BBC Radio 6 в программе "The First Time" с Мэттом Эвериттом в 2017 году вокалист Роберт Плант вспомнил забавную историю о том, как они с Бонэмом ещё играли в The Band Of Joy, и барабанщику пришлось прятаться от Кита Муна: «Однажды мы играли в клубе Speakeasy в Лондоне, который был по-настоящему удивительным местом. Я видел, как там играли Хендрикс и Артур Ли. Band of Joy очень редко давали концерты, и мы смогли сыграть в двух или трёх успешных местах в Британии, где люди действительно понимали наше творчество. Но это был психоделический блюз. Мы были своего рода бедными родственниками "Steam Packet" с Родом Стюартом, Лонгом Джоном Болдри и Джули Дрисколл. Было много фрик
Джон Бонэм из Led Zeppelin и Кит Мун из The Who были двумя легендарными барабанщиками из групп, вошедших в историю рок-н-ролла, но покинули этот мир слишком рано, когда их коллективы были на пике успеха. Несмотря на то, что по сравнению с коллегами по группе у них была короткая карьера, они стали друзьями, и в интервью BBC Radio 6 в программе "The First Time" с Мэттом Эвериттом в 2017 году вокалист Роберт Плант вспомнил забавную историю о том, как они с Бонэмом ещё играли в The Band Of Joy, и барабанщику пришлось прятаться от Кита Муна:
«Однажды мы играли в клубе Speakeasy в Лондоне, который был по-настоящему удивительным местом. Я видел, как там играли Хендрикс и Артур Ли. Band of Joy очень редко давали концерты, и мы смогли сыграть в двух или трёх успешных местах в Британии, где люди действительно понимали наше творчество. Но это был психоделический блюз. Мы были своего рода бедными родственниками "Steam Packet" с Родом Стюартом, Лонгом Джоном Болдри и Джули Дрисколл.
Было много фрик-бита, который всё ещё был в моде: The Action, The Artwoods, и в то время я познакомился с Терри Ридом. Так что у нас появилась возможность играть в Speakeasy, и мы начали набирать известность. Но мы не могли прийти в мир поп-музыки, потому что это было бы не круто. Итак, мы готовились к концерту, который вот-вот должен был начаться. У Джона Бонэма был фургон Band of Joy, и он пригнал его к каким-то перилам в Дадли, чтобы обезопасить себя от кражи оборудования. Так что мы поехали на улицу Вигмор в Вест-Энде.
Мы вышли из фургона, чтобы выгрузить вещи, и поняли, что оставили дверную ручку в багажнике ещё в Дадли. Так как её нет, внутрь было невозможно попасть. Там был дорожный рабочий, и я попросил его: "Одолжите нам лопату!" Бонзо взял лопату и начал открывать ей дверь в задней части фургона. Это правда... (смеётся). Вниз по улице навстречу нам, по зебре, ехал Rolls Royce, и в нём сидел Кит Мун.
Тут Бонзо бросает мне лопату. Он не хотел, чтобы заметили, как он ломает дверь фургона группы. У Муни был микрофон внутри машины, и когда он подъезжал к зебре, кто-то переходил дорогу, и Кит стал кричать на человека, а тот побросал свои покупки. Это был весёлый момент, когда я держу лопату, Муни кричит на какую-то женщину с покупками, а Бонзо прячется. Потом мы вышли на сцену, и Джон отчаянно пытался дистанцироваться ото всего, что я делал. Некоторые ему говорили: "Ты не можешь больше играть с ним. Ничего не получится. Ты не заработаешь с ним денег".
Итак, Джон расположился на самом переднем крае сцены. Обычно вокалист стоит именно там, на самом краю. Но вместо этого мне пришлось немного уступить ему. Он выделывал всякие трюки, играя одной палочкой и крутя другой в воздухе, раз за разом. Также он исполнял все эти невероятные сбивки, когда мы играли "White Rabbit" Jefferson Airplane. Это было здорово, мы пробивали себе дорогу в середине и конце 60-х — он и я. Было много забавного, просто истерически смешного. В 17 лет мы не знали, как устроен мир, но у нас всё получилось».