Это фрагмент из статьи, опубликованной в журнале «Искусство кино»:
«Не чем иным, как играми взрослых дядей-киношников, следует считать и «Белый рояль» (сценарий Т. Зульфикарова, постановка М. Махмудова) — историю поисков белого рояля, когда-то имевшего честь пребывать в гареме эмира бухарского. Для музея, в котором уже есть балалайка Петра I и барабан Чингисхана, такой рояль совершенно необходим.
Розыски рояля ведутся весь фильм, сопровождаемые песенками, вроде «Бабушка козлика спиртом поила», или хором евнухов —«Добро пожаловать в гарем!».
Насмотревшись и наслушавшись всего этого, начинаешь мрачно размышлять о вкусе, мере, стиле... Начинаешь думать, что, видимо, необходим отдельный серьезный разговор о снижении профессионального уровня в фильмах последних лет.
В самом деле, в скольких из них, тщательно отделив впечатление от раздражения, все же отмечаешь непрофессионализм в общем и небрежение и правдой и отделкой в частностях, ремесленнический цинизм и недостаток авторского самоуважения, наконец, просто редакционные огрехи всех степеней и на всех уровнях.
Есть старинный термин «эвфуизм», обозначающий напыщенность, вычурность речи, жеманность. Это слово из ума нейдет на иных просмотрах. Что-то расслабленное, лениво претенциозное, несущественное сквозит во многих картинах. Словечка в простоте не скажем, монтажной фразы в строгости не сложим.
Манерно жонглируя деталями быта, поведения, психологии, разучились строить целое по законам высокой правды, согласно требованиям ритмической архитектоники, продиктованной смыслом. Антураж второго плана и второплановые персонажи незаконно завладевают вниманием, главные персонажи и основные темы — как под лед уходят. Дурной вкус, сознательные и бессознательные цитаты, неопрятность монтажа, мизансцены, игра ассоциациями по принципу «вспомнила баба деверя и купила петуха»...
Конфуз в переводе на русский язык означает неумение, говаривал великий сатирик. Неудача некоторых фильмов года впрямую объясняется неумением. Это бы не удивляло, если бы неумение не было столь очевидно, а в некоторых случаях — заранее предсказуемо. Здесь, на бумаге, приводить примеры нелогичного монтажа, неверных интонаций, неловких и путаных мизансцен сложно, зато можно привести любое количество словесных эвфуизмов, алогичных словосочетаний, элементарной стилистической безграмотности. А они — и это можно доказать! — обязательно порождают эвфуизмы и стилистическую малограмотность в изобразительном ряду. Вот как иные киноавторы позволяют философствовать своим героям:
«— Род приходит и род уходит, а земля пребывает вовеки...»
«— Смерть правдива, и от жизни хочется такой же правды».
«— Я научился быть младшим... Это счастье — быть младшим!..»
«— Плохого времени не бывает, бывают плохие люди!..»
А вот так кучеряво излагают персонажи свои благородные чувства:
«— Вы хотите, чтоб я своим хилым телом сел на святой хлеб и этим опоганил обычай?..»
«— Врач — это религия. Когда у меня умирал больной, я не хотел в это поверить...»
«— Работы в России даже больше, чем человеку надо...»
«— С твоей демократией на лодырей управы нет...»
— «Грешным делом пользую...» (в смысле — водку пью).
Риторические волдыри? Ах, если бы только это! Ведь вся штука в том, что произносят эти реплики, за исключением последней, персонажи положительные. Во всяком случае — таковыми задуманные. Так что же это — случайность? Или проявление какой-то серьезной, незаметно нагрянувшей на нас опасности?» (кинокритик В. Дьяченко, 1970).
Это фрагмент из статьи, опубликованной в журнале «Искусство кино»: Дьяченко В. Парадоксы современного фильма // Искусство кино. 1970. № 12).