...Не знаю, но я был полон раскаяния и совершенного раскаяния. А вечером, в моей комнате (La Belle Angerie такая большая, что у нас была одна на каждого из нас, с самого раннего возраста... Это выглядит хорошо. А потом это приучает детей оставаться в темноте одних)... вечером, в своей комнате, я решил в полном согласии с Батистом (окончание моего имени, то есть моим ангелом-хранителем, немного камердинером, как и подобает ангелу-хранителю Резо, который не может самостоятельно достойно нести маленькие свертки своих грехов)... вечером, в своей комнате, я решил совершить покаяние. Струна из коробки конфет с надписью "A la Marquise", эта плоская струна, немного диезная, вдохновила меня на маленькую пытку, которая, несомненно, была угодна Богу. Я обвязал его вокруг талии и закрутил узел, медленно, пока не стало достаточно больно. Я сжимал, как и в случае с гадюкой, сначала с большой убежденностью, через три минуты с меньшим энтузиазмом, наконец, с сожалением. Я никогда не был мягким: меня этому не учили. Но есть пределы выносливости ребенка, и они довольно узки, когда у вас всего семьдесят два месяца опыта экспериментального мучения. Я перестал сжимать под предлогом, что перегруженная струна может порваться.
И самое главное, я не должен уничтожить его следы. Ведь, в конце концов, без сомнения, мадемуазель придет будить меня на следующее утро, как она делает это каждый день, говоря, как она делает это каждую субботу:
- Давайте поблагодарим доброго Господа, который дал нам этот день для служения ему... Сегодня день смены рубашки, брассом. Во имя Отца и Сына... Постарайтесь сохранить его в чистоте. Когда вы ходите в туалет, вытирайтесь как следует. Отче наш, сущий на небесах... и т.д.