«Наташа, завтра рожаем!» - сказала врач, проведя рукой по мои волосам. Она смотрела на меня с жалостью и старалась аккуратно перечислить процедуры завтрашнего дня.
Я лежала на неудобной железной кровати с продавленной сеткой и мне было всё равно. Я только хотела, чтобы всё поскорее закончилось.
Мне было всего 17… и уже больше месяца я жила в роддоме, в попытках доносить своего ребёнка. Но получалось очень плохо. Врачи считали, что мой организм не справляется и всячески его лечили. Только чем больше и тщательнее лечили, тем хуже становилось мне. Никто не понимал, почему лейкоциты в крови только растут и ничем их невозможно снизить…
11 уколов в сутки, на протяжении полутора месяцев. Шишки от них в ягодницах не рассосались до сих пор. А прошло уже 25 лет…
Капельницы, процедуры, плазмаферез и… Переливание плазмы кpoви, как крайняя мера.
Я помню, как привезли этот жёлтый пакет, как прицепили его на капельницу, как воткнули в руку иглу и пустили жидкость. Я помню, как меня начало знобить, потом печь в вене, потом запекло горло, стало больно дышать, в ушах зашумело и больше я не помню ничего…кpoвь не подошла и меня, едва, ею не убuлu.
На этом эксперименты закончились и решено было беременность прерывать, спасая мать, ну и возможно дитя…
Господи! Если бы я только знала, что беременный лейкоцитоз -это особенность моего организма. И все зашкаливающие цифры лейкоцитов приходят в норму на следующий день после родов. Если бы я тогда это знала, было бы всё по-другому. Я бы дала шанс своему сыну родиться вовремя. Но этого не знали, даже врачи!
10 февраля 1997 года ровно 25 лет назад, меня, уже не соображающую от литров вливаемых лекарств, питающуюся исключительно витаминами из капельниц, вешащую 57 кг вместе с 7-месячным ребёнком в животе, начали готовить к родам…
А я даже не представляла, что ждёт меня завтра… В день, когда я впервые стану мамой…