«В фильме «Китаянка» Годар изобразил группу молодых парижан, которые к дни летних каникул решили организовать «революционную» коммуну и изучать труды Мао Цзэ-дуна.
Актер, проститутка, художник собрались, чтобы познать «революцию». Они поют революционные гимны, танцуют «революционные» твисты, разыгрывают «революционные» представления. Наконец, они решают совершить «революционный» акт.
Героиня предлагает убить... советского министра культуры, прибывающего с визитом во Францию.
Но тот, кто должен совершить этот акт — художник Кириллов, против насилия, и он кончает жизнь самоубийством (это, разумеется, не случайное совпадение фамилий, а преднамеренная реминисценция из «Бесов» Ф.М. Достоевского).
Драма заканчивается фарсом. Девица, которая решилась произвести террористический акт, перепутала номера в гостинице и застрелила не того, кого хотела.
И пародия, и зарисовка реального, и публицистика (в фильме идут перебивки — портреты знаменитых революционных деятелей и писателей), и призыв к террору, и явные литературные реминисценции — здесь есть всё кроме одного — желания разобраться в реальном соотношении противодействующих сил в мире.
Годар в период Каннского фестиваля шумно рекламировал свою «революционность». Но все его фильмы — и «Мужской род, женский род», и «Китаянка», и «Уик-энд» — изображают молодежь скорее все же в пародийном плане.
Очень трудно признать эти картины серьезными исследованиями политических проблем времени и даже чисто молодежных вопросов. Годар не вышел я них за круг буржуазного эпатажа. Критика отмечала, что Годар фотографирует мир. Впрочем, мне кажется, его инструмент обладает свойством особой избирательности, он выхватывает из действительности лишь то, что интересно автору: смятение умов, нелепости быта, аномалии человеческого бытия.
Но может быть, режиссер предупреждает общество: замедлите свой дикий бег, вернитесь к человеческой жизни? … К несчастью, Годар не призывает общество остановиться, пока не поздно. Нет, утверждают его фильмы, поздно. Совсем поздно. Человечество обречено. Оно по существу уже погибло. Антигуманизм стал главным философским стержнем последних фильмов Годара.
Именно здесь лежит водораздел между режиссерами, подобными Годару, и теми художниками Запада, которые не выбросили за борт знамя гуманизма, которые видят пороки капиталистического общества, но не изверились в человечестве.
Много лет прошло с появления «На последнем дыхании», где Годар заявил себя пусть спорным, но интересным художником, открывшим новые изобразительные средства, современные приемы монтажа, своеобразно рисующие ипостаси человеческого существования. Последние фильмы режиссера не содержат творческих открытий. Это политические схемы, часто сделанные уверенной рукой, виртуозно, но только схемы» (это фрагмент статьи из архива журнала «Искусство кино». Киновед Владимир Баскаков (1921-1999). Приметы кризиса. Заметки о современном западноевропейском кинематографе // Искусство кино. 1969. № 10).