или почему Фурье записали в утописты?
1.
Я не любитель Фурье за производство иллюзий, но часто научное восстановление исторической справедливости приводит нас к неожиданным выводам, суть которых полное изменение отношения к историческому факту.
В отношении Фурье начнём с того, что он никогда бы не согласился с называнием его утопистом. Более того, он никогда бы не согласился с негативной коннотацией в отношении к нему в слове прожектёр. Но под давлением марксистов он остался именно утопистом, причем угрожающим всему человечеству фалангами – праобразом тюрем и зон.
Почему так?
Мне кажется надо начать с Консидерана – самого преданного ученика Фурье, который стал фактическим автором Коммунистического манифеста, потому что Маркс его заимствовал именно с Манифеста Консидерана, вышедшего за год до манифеста Маркса – Принципы Социализма.
То есть линия Фурье наиболее близка к Марксу, но он её назвал утопической, при этом негласно ею пользуясь. Это я и предлагаю рассмотреть – почему?
2.
Фурье категорически бы не признал себя утопистом, он был тем, кого сегодня бы назвали проектными специалистами, или разработчиком проектов. Это подтверждает не только детальная проработка элементов проекта, расчёты, но и вводимая одновременно концептуальная основа – обосновывающая его предложение. Причем важно отметить, что Фурье предлагал проекты – начав с констатации факта кризиса в том, что он, предлагая, отрицал.
В этом смысле Маркс просто беден и оторван от реальности. Он вообще ничего не предлагал, кроме лозунгов и анализа (разложения) явления (в Капитале»). В этом смысле Фурье в лице Консидерана провёл линию до конца – от проектов до Манифеста. А не наоборот!
3.
Важно для восстановления справедливости заключить еще и то, что именно проекты Фурье реализованы в СССР! Причём зачастую с дословными деталями.
Начать следует с того, что весь советский период мы жили под вульгаризацией Фурье Чернышевским. Не секрет, что Чернышевский списывал, причем именно в утопической манере, фаланги Фурье, что отражено в Четвертом Сне Веры Павловны. Не Сен-Симон, а именно Фурье повлияли на массовое сознание советских людей, которые, по сути, воплотили проекты фаланг в СССР.
Это важно отметить, поскольку марксисты старательно подчеркивали, что все проекты фаланг, включая те, которые начинал сам Фурье, не просуществовали долго. Есть смысл разобраться, почему. Для этого есть смысл понимать, что было основным концептом Фурье.
4.
Фурье стал выразителем основного кризиса конца 18 века: стремительное увеличение населения Европы и катастрофический недостаток земли с доминированием мелких хозяйств, которые не справлялись с задачами производства для удовлетворения спроса растущего населения Европы. Кустарное производство не собиралось меняться, а промышленное не имело оснований, идеологии для развития. Напомним, что бедность в те времна и эксплуатация низших классов не вызывало никакого сожаления – это было делом естесвенным.
Надо признать, что социалисты первые подняли вопрос о ненормальности бедности.
Это и было исходным для Фурье: как победить бедность, при помощи чего?
Второй заказчик был позитивный: тот, кого бы мы назвали бизнессообщестом, в частности, организованный в масонские ложи капитал, который уже пришел к пониманию, что кустарное, и даже цеховое, производство малоприбыльное и плохо управляемое.
Третьим негласным заказчиком была власти Европы. Не надо забывать, что вся Европа владела миром колоний, что требовало технологизации управления и производства – уже для колоний. Нужно было увеличивать объемы производства во всех направлениях.
Вот именно это соединение негативных тенденций увеличения бедности и роста населения при необходимости крупного производства и стало причиной проявления проектной практики Фурье, которую можно назвать предтечей индустриализации.
Именно этот опыт воплощения проектов, которые считались несбыточными, нам интересен сегодня, потому что, в нашем понимании, мы стоим перед новой индустриализацией в преддверии утверждения эры интеллектуальной цивилизации.