Город, где вечно идет дождь. Страна, в которой страшно жить. Мир, расколовшийся на «наших» и «чужих». Добро пожаловать в повесть Аркадия и Бориса Стругацких «Гадкие лебеди»!
В городе-аномалии, залитым вечным дождем понятие нормальности давно размылось. Идет какая-то молчаливая война обычных людей против взявшихся ниоткуда мокрецов – людей с генетическим заболеванием. Они живут в лепрозории и носят черные маски, за которыми пытаются спрятать желтые круги вокруг глаз.
Мокрецов боятся и ненавидят. Боятся так сильно, что не решаются до поры до времени нападать открыто. Ненавидят до такой степени, что пользуются малейшим поводом, чтобы навредить, по мелкому напакостить, оставить без самого нужно – без книг.
В разгар этой тихой войны в город возвращается опальный писатель Виктор Банев. Его глазами мы будем смотреть на главных подлецов и опустившихся интеллигентов. Он поможет заглянуть в лепрозорий к мокрецам. С его появлением нарушится шаткое равновесие.
Такова завязка повести. Я не могу принять ее как часть романа «Хромая судьба». Для меня она самодостаточна, глубока и переполнена смыслами, вопросами, идеями. Стругацкие в очередной раз задели за живое, даже причинили боль. Не могу я в большом количестве принимать правду о нашем мире, пусть и замаскированном под абстрактное государство, существующее в непонятно какое время.
Для меня в центре «Гадких лебедей» стоит проблема взаимопонимания между взрослыми и детьми. В повести горожане потеряли детей. Последние сделали выбор в пользу мокрецов и покинули город вместе с непонятными пришельцами. Оставшиеся без внимания родителей, занятых непонятной войной, они стали людьми иного мира.
Мокрецы научили школьников мыслить иначе и строить жизнь по другим законам. Они вложили в их головы прекрасные теории. НО! Прекрасные теории хороши, пока находятся в стороне от жизни. Дети, никогда не видевшие настоящего зла, не испытавшие любви, предательства, страха, не делавшие выбор, цена которого чья-то жизнь. Они рассуждают холодно, здраво и отчужденно. Их разговор с писателем Баневым меня ужаснул. Мокрецы вырастили новое поколение, абсолютно уверенное в своей правоте.
Как в известной легенду о Гамельнском Крысолове дети покидают город, влекомые прекрасными идеями мокрецов. Куда они ушли? Что смогут построить?
Финал повести называют оптимистичным. Не могу с этим согласится. Не верю, что дети, не знающие любви и сострадания, смогут построить счастье. А, может быть, я просто не поняла Стругацких?