Была такая передача, "Живое слово" называлась, в конце восьмидесятых прошлого века, когда неожиданно случилась перестройка, и начальство областного ТВ решило, что подопытному населению не хватает духовности, и его надо срочно окормлять. Атеистическая пропаганда внезапно сменилась религиозной.
"Живое слово" по жанру было говорящей головой. На крупном плане, снятом неподвижной камерой, эта голова раз в неделю произносила проповедь чего-то очень священного и духоподъемного. Головой служила верхняя часть тела какого-то местного батюшки в полном платье и даже в специальной шапке, как называется, точно не знаю, митра, что ли. Или фуфодья.
В студии, оборудованной старыми советскими осветительными приборами при записи или в прямом эфире бывало довольно жарко. В шапках там обычно никто не появлялся, кроме священнослужителей. Но духовность - дело тонкое, раз партия сказала, значит, надо. Продолжительность передачи нам обозначили в пятнадцать минут.
Святой отец оказался дисциплинированный и дрессированный. Не знаю, как он этого добивался, но говорил он ровно столько, сколько требовалось, без единой паузы или заминки, и на пятнадцатой минуте резко замолкал, как бы выключался. Поэтому в записи получался ну очень гладкий монолог. Его не требовалось ни редактировать, ни монтировать, а нужно было всего лишь приписать заставку в начале и титры в конце.
Работой я бы это творчество вообще не назвал. От меня требовалось нажать одну кнопку на пульте, а оператору в студии - навести на батюшку единственную камеру, и вуаля.
Я не уверен, что передача стоила даже те жалкие гроши, что за нее платили. Но была она такая мутная, что делать ее не хотел никто, и сбросили эту радость мне, как самому ветром гонимому и солнцем палимому и вообще появившемуся на студии ни от кого и ниоткуда.
Технически это выглядело так. Студия находилась на первом этаже, а пульт управления камерами и средства связи с операторами - на втором. Между ними имелось узкое окно с видом от пульта на студию.
И вот, сижу я за этим пультом, смотрю в окно и жду начала записи. Вижу, как в кресло перед камерой и монитором усаживается батюшка в платье и фуфадье. Святой отец , кстати, никогда не опаздывал и являлся народу точно за десять минут до начала записи, как и было ему велено. Оператор камеру в этот момент уже включил и навел. Я вижу на своем экране эту картинку.
Ждем-с начала. Тоска жуткая, скука смертная. Я от нечего делать топчу на пульте кнопки спецэффектов. Смотрю, как мой батюшка то квадратиками покрывается, то какими-то дурацкими полосочками полосатится, или в трубочку сворачивается, а потом и вовсе улепетывает из кадра, замещаясь синим фоном ... И вдруг на пульте раздается "кр хрр!" Хр пррр хр!! Это хрипит динамик связи с оператором. Жму обратную связь...
- Вообще-то, он все это видит!