Монастырские стены и бутафорские деревни, царские палаты, сплетенные из веток, и Змей Горыныч высотой с двухэтажный дом. Вспоминаем советское кино с самыми впечатляющими декорациями, на которые режиссеры не жалели ни сил, ни денег.
«Война и мир» Сергея Бондарчука
Четырехсерийная картина «Война и мир» Сергея Бондарчука — самый дорогой фильм за всю историю советского кино. Большая часть бюджета ушла на костюмы и декорации, которые создавали около 50 предприятий. Гусевской хрустальный завод изготовил вазы по образцам XVII века, а Ломоносовский фарфоровый завод — сервиз на сто персон.
Бондарчук называл декорацию «Первый бал Наташи Ростовой» павильонным Бородино: ее площадь составляла 1400 квадратных метров. Танцевальный зал построили в самом большом павильоне «Мосфильма». Старинные люстры, мебель и некоторые костюмы предоставили Государственный исторический музей, Государственная Третьяковская галерея, Музеи Московского Кремля и другие учреждения культуры. Для сцены «Пожар Москвы», в которой войска Наполеона захватили столицу, построили 11 деревянных домов и копию Сухаревской башни высотой 30 метров. Декорации возвели в селе Теряево Московской области. По сюжету город должен был сильно пострадать от огня. Пиротехники готовили деревянный комплекс к пожару четыре часа: закладывали паклю с керосином, дымовые шашки и гранаты.
В 14:30 Бондарчук дал команду, и пиротехники сделали свое «черное дело»: Москва запылала. Зрелище было одновременно и страшное, и прекрасное. В ослепительном бушующем пламени сновали испуганные люди. Всё было настолько естественным, что требовалась огромная выдержка, чтобы не броситься в огонь на помощь погорельцам. <…> С грустью мы смотрели на остатки декорации, которую создавали почти полгода.
Николай Иванов, директор фильма «Война и мир»
Пожар снимали одновременно пять камер. На технику надели огнеупорные чехлы, а оператор и его ассистенты работали в специальных асбестовых костюмах.
«Андрей Рублев» Андрея Тарковского
Андрей Тарковский снимал фильм «Андрей Рублев» во Владимире, Суздале и Пскове: там сохранились здания средневековой Руси. Однако, чтобы воссоздать атмосферу XV века, одной натуры было недостаточно. В 70 километрах от Суздаля по указанию режиссера построили «колокольную яму», где герой картины Бориска отливал новый инструмент для звонницы храма. Несколько печей, желоба для раскаленного железа, деревянные лебедки, кожух из железных прутьев — Тарковский восстанавливал весь процесс производства. Консультировал режиссера реставратор Савва Ямщиков. Стены и печи ямы облицевали камнями неправильной формы, которые специально привезли из Суздаля. Колокол для достоверности отлили из железобетона. Он весил пять тонн и не помещался ни в одну машину, поэтому для перевозки его распилили на четыре части. По просьбе режиссера рядом с ямой установили дерево.
Спилили огромное дерево, которое по дороге, когда мы его везли (километров 18 до Суздаля), занимало всю дорогу своей кроной. Они поставили его перед колокольной ямой, немножечко обрубили, прочистили, и вдруг Андрей Арсеньевич говорит: «Что это за дерево? Какое маленькое» <…> И в итоге он сделал его совершенно обгорелым, только сучья какие-то торчали.
Татьяна Огородникова, директор фильма. Из книги Майи Туровской «7 с 1/2, или Фильмы Андрея Тарковского»
Для сцен набега, когда монголы сожгли Успенский собор во Владимире, построили бутафорский вход в храм и макет монастырской стены в натуральную величину. Тарковский хотел добиться абсолютно белого цвета и несколько раз просил декораторов перекрашивать объекты. Соборные интерьеры пришлось воссоздать в павильонах «Мосфильма»: в реальности иконостас и фрески Андрея Рублева сохранились лишь частично.
Автор: Елизавета Ламова