Настало время удивительных историй!
Тётка Тамара жила на самом краю деревни, в большом доме с четырёхскатной крышей. Раньше тут все еле помещались, ведь четверых народила - трое сынов и одна дочка. А теперь большую комнату она закрыла на крючок, а сама жила в маленькой проходной комнатушке. Тут и дров уходит меньше, да и куда ходить-то особенно.
Сначала ей привозили на лето внуков, но и те подросли, им стало не до бабки в глухой деревне, и после все собирались только на её день рождения. Огород её сократился до трёх грядок картошки, да по грядке капусты, морковки и лука. Даже огурцов она больше не сажала, тяжело стало поливать, хотя прудка находилась в десяти шагах от дома, и там каждую весну надрывались от любовного томления десятки лягушек.
Пока Тамара работала в магазине, все её уважали. Тропинка к её дому была натоптана широко - кто за сигаретами, кто за вином, кто за "выкинутым" дефицитным товаром. Но потом пришла пенсия, Тамара необдуманно не захотела продолжать работать, уж больно идти далеко было до магазина - целый километр - и вдруг осталась одна. Тропинка потихоньку заросла, и теперь к ней по вечерам никто не стучался в оконце.
Вскоре закрылась ближайшая начальная школа, и семьи с маленькими детьми переехали поближе к городу, следом закрылся и сам магазин, где кто только после Тамары не пытался работать, да ни у кого не выходило, и хозяин терпел постоянные убытки. И остались в деревне бабки с дедками.
Сама Тамара не скучала. Она целыми днями смотрела телевизор, а когда надоедало, то открывала дверцы платяного шкафа ещё артельной постройки и выбирала, во что вырядиться. А выбирать было из чего. В бытность свою продавцом она не могла отказать себе в маленьком удовольствии примерки нарядов перед тем, как отпустить их в торговлю. Она сначала наряжалась сама и вертелась перед магазинным зеркалом - идёт или нет. И если ей казалось, что идёт, а казалось ей так очень часто, то она выкупала наряд себе.
Так в её шкафу оказались, например, отличный брючный костюм персикового цвета, платье с юбкой-солнце, развевавшейся при малейшем дуновении ветерка, вязаные жакеты разного фасона, туфлей пар двадцать. Но самой большой её слабостью были шляпы.
Наверное, ни один из сельпо этого района не давал по шляпам таких показателей. Ежеквартально туда привозили новую коробку с чем-нибудь элегантным или не очень, но Тамара выкупала их все. Не из жадности, не из транжирства, ей казалось, что они идут ей все. Будучи несколько фантазёркой, она представляла себя, то одной, то другой героиней исторических и классических романов, и под каждый случай требовалась своя шляпка. Ну как тут устоять!
Деревенские посмеивались над Тамариными причудами, но зла не держали. Никому кроме неё шляпы эти были в деревне не нужны. Проще из газеты свернуть, если уж восьмиклинку дома забыл. А такие деньжищи тратить на ерунду - увольте, дураков нет.
Тамара и гулять выходила по деревне в этих нарядах и, конечно, постоянно выгуливала и головные уборы, которых у неё набралось уже несколько десятков. А когда она сильно располнела после ухода на пенсию, и все эти кардиганы да жакеты стали ей очень тесны, осталась у неё только её страсть, и ей она теперь предавалась сполна.
В город к сынам она часто приезжала, а они, глядя на её всё увеличивающиеся чудинки, звали уже совсем к ним переехать, одной тяжело же. Она кокетливо хохотала, но отказывалась. Что мне в этом вашем городе делать, я только мешать вам буду, - говорила она, поправляла ленточку и шла гулять по рынку.
В один из урожайных на яблоки лет она ещё увлеклась изготовлением джема. Не варенья, как всю жизнь делала, а именно джема по заграничному рецепту. Она разливала его горячим по красивым нестандартным баночкам, а поверх крышки накладывала красивую тряпочку из своих вековых запасов и перевязывала красивой атласной ленточкой.
Яблоки она собирала понемногу, ровно на партию джема, а на следующий день шла за новыми в свой уже изрядно заросший сад. Была она сильно подслеповатой, а очки у неё были уже совсем старыми, держались на шнурке, и потому в сад их она не брала.
Выходя за яблоками уже вторую неделю подряд, Тамара всё думала, что странное что-то происходит в её саду. Кто-то постоянно накидывал целые горы листвы под яблони с самыми вкусными плодами.
"Что за безобразие, - думала она. - Кто это хулиганит?"
Как-то она даже пошла в сад с палкой, и со злости разворошила очередную кучу листьев.
"Ну что за люди, в самом деле! Напакостят тайком, а потом молчат!"
Наконец, она не выдержала и постучала в дом к соседям - "молодым", как их тут называли. Это были одинаковые кругленькие муж и жена - Саша и Саша, единственные не пенсионеры в их деревне.
- Саша, открывай! - кричала она и заглядывала в окна, прислонив к стеклу ладонь. - Открывай, говорю! Больше некому, кроме тебя!
Дверь открыла жена-Саша.
- Что вам, Тамара Ивановна?
- Сашку позови мне!
- Зачем он вам? Он в хлеву убирается.
- Зови, а то в милицию позвоню! Будете знать!
- Тоже мне, напугали. Чего это мы вам сделали такого?
- А того! Что без спроса в чужой сад ходите и балуете там! В своём саду балуйте!
- В какой ещё сад, в ваш, что ли?
- В мой, конечно! Я по чужим садам не шастаю, не знаю, может, вы и там хулиганите.
- Да с чего нам к вам ходить-то? Он у вас весь заросший, того и гляди на змею наступишь.
- Отродясь в моём саду змей не было! Брешешь! - распалялась Тамара.
- Что, что там шумите? - вырулил из-за угла дома муж-Саша.
Он и вправду шёл из хлева, от него характерно пахло навозом, а на калоши лучше было не смотреть.
- Да Тамара Ивановна говорит, что мы к ней в сад ходим, - жалобным голосом проговорила Саша. - А я и понять не могу, чего мы там забыли.
- А кучи мне кто собирает? Дед Павел, что ли? Он и грабли поднять уже не может.
- Погоди, Ивановна, - остановил её спич Саша. - В саду у тебя кучи, что ли?
- Каждый день ворошу, и каждое утро опять появляются! Скажи, не ты ещё!
- Пойдём-ка поглядим.
Делегация отправилась в Тамарин сад, но как только оба Саши подошли к деревьям, так тут же бегом вернулись обратно.
- Тамар, да у тебя тут медведь ночует! Ты не видишь, что ли, вон он тут ел, тут же опорожнялся, а листву себе на ночь нагребал. Ты совсем, что ли, слепая?
- Да? - изумилась такому простому ответу Тамара. - А я и не вижу.
- Ты его, что ли, палкой гоняла?
- Ворошила кучи-то, ага, - призналась она и вдруг поняла всю ситуацию разом. - Ой!
Она вскрикнула, схватилась за сердце и вдруг заголосила в полный голос так, что медведь, бывший в ту пору в ближайшем лесочке, присел от страха.
- Ой, лихушко! - ревела Тамара как пожарная сирена. - Ой, помогите! Ой, помираю!
- Что с тобой? - опешили Саши.
- Давление у меня! - рявкнула на них Тамара. - Скорую вызывайте!
Приехавшая через полчаса из соседней деревни скорая, вкатила ей большую дозу глюкозы и успокоительного и уехала. Медведь больше не рискнул заходить на этот опасный участок, хоть и яблоки тамошние очень ему нравились. А Тамара на ноябрьские перебралась в город к сынам. Только шляпы с собой и взяла. И баночки с джемом.
Автор: Татьяна Иванова
Если вы хотите научиться зарабатывать рассказыванием историй, присоединяйтесь к нашей сценарной мастерской.