Что же, может не быть недостатка в фильмах, над которыми можно подумать. История, рассказанная Ридли Скоттом, сколь бы ни была глубока, может быть одним из самых сильных аргументов в пользу структурализма, некоей поверхности, если ни эфемерности универсалий,- структуры не выходят на улицы, -за последнее время. "Прости Рорти". Не во всем в моменте и может быть не прямо, и все же. Кроме того, фильм и действительно мог быть назван "смерть господина", так что можно было бы и выбирать, как еще назвать: "смерть последнего господина", или "последняя смерть господина". Безумные траты на предметы роскоши, почти изысканная галантность в отношении к дамам, и отсутствие хоть какой-либо профессии. В известном смысле, главный герой фильма никогда не трудился, если ни считать за труд, учебу на адвоката. Что еще может так подходить к имени господина в Европе 95 года? Впрочем, можно оставить множественное многообразие и остановиться на Италии, Ренессанс. И что? Такой человек оказался способен ради любви к женщине, быть принятым в ее семью,- коль скоро его отец был против брака и фактически выгнал его из дома,- и легко был принят. Этот исходно и изначально, богатый и знатный человек в Италии. Но именно такая инверсия, как структуры родства, так и структуры обмена, и указывает на эти универсалии, как на существующие. Нам напомнили, что породниться со знатным, что мог искать богатства, не всегда означало возможность приять его в свою семью, скорее, наоборот, все же, именно знатный принимал в свою семью девушку из богатой семьи, на которой женился. "Последняя дуэль". Акцент, в фильме Ридли Скотта был добавлен тем, что девушку и в последствие жену, одного из Гуччи, главного героя, играет Леди Гага. Иначе говоря, если нет структуры родства, частью которой может является, кроме прочего, и запрет на инцест, во многих таких структурах, может не быть никаких браков и рожденных в браках, детей. Если не забыть, что рожденные вне брака дети могли быть вообще говоря заранее понижены в социальном статусе, то основа для споров о том, что же все же может быть вернее индивиды или универсалии, может быть отчасти проявлена. Что ж теперь, неужели трудящиеся, которыми является все и повсеместно, большей частью и ближайшим образом,- просто и не просто потому, что иначе индивида может просто не стать, и может не быть вопроса, из страха он трудящийся или из совести, призвания или профессии, или вообще не трудящийся,- действительно скорее сводят все существующее к именам, в лучшем случае к потоку: чередующихся между собой: имен, знаков и вещей?
"СТЛА".
Караваев В.Г.