В ванную дверь была полуоткрыта. Не могла пройти мимо, чтобы не заглянуть. Видит – мужчина стоит перед зеркалом и выдергивает седые волоски.
На днях у него появились – два или три. Он сам рассказывал.
Аккуратно, старательно перебирал волосы и удалял. Затем взял тонкую расческу, маникюрные ножницы и остриг брови.
Она замерла в недоумении. Что еще может последовать? Внимательно рассматривал свое лицо. Делал какие-то странные гримасы.
Дождалась, сидя на диване. Не кричала, не унижала. Предложила собрать вещи и уйти, потому что не собирается жить с таким человеком. Может, это верхушка айсберга? Может, за этой верхушкой скрывается что-нибудь еще? Только она не желает ничего знать. Достаточно того, что видела.
Он удивился, спросил, а что произошло? Это неприлично – седые волоски выдирать? Или приводить в порядок брови?
Снизошла до ответа. Развила мысль, что ей не нравится его внимательное отношение к внешности. Пусть берет вещи и уходит.
Осталась одна. Мужчина должен быть мужчиной. Брутальным, сильным, ироничным. А тут? Вдруг дойдет дело до маникюра?
Утром было хорошо: забот поубавилось. Он ушел с вещами, и ей не надо никого кормить. Только себя. И отвечать на глупые вопросы. И подстраиваться под чужое настроение.
Можно валяться в кровати до двенадцати. И не спеша пить какао перед телевизором.
Затем минут тридцать валялась в ванне. После обеда еще немного поспала. Это, наверное, реакция на произошедшее.
Позвонила подруге. Пригласила на вечер. Можно накрыть легкий стол – к сухому.
Звонок от него. Поинтересовался, не передумала ли она? Нет, не передумала. И отключилась.
Затем размышления: что, собственно, в этом мужчине привлекало?
Пришла подруга. Узнав, в чем причина ссоры, долго смеялась. Из-за седых волосков и бровей: «Ну, ты даешь». И рассказала, что в прошлом году муж изменил. Причем это была реальная измена, а не слухи.
Поплакала-поплакала и простила. Забывала и другие обиды, например, хамство, грубость. А тут – седые волоски.
- Как ты жить собралась? Идеальных людей нет.
И добавила, что у ее мужа есть масса положительных черт, которые могут нейтрализовать негатив.
Снова, настойчиво:
- Ты разве не боишься одиночества, чтобы так разбрасываться мужчинами? Хорошие мужики на дороге не валяются. А валяются, сама знаешь, какие.
Думала, что ответить? Думая, раскрошила кусочек – хлеба.
- Ты прощаешь, потому что любишь. На все идешь. А я встретила. Мы сошлись. Ничего сказать не могу. Ласковый, не дурак, любить умеет. В нем нет наглости. Жить можно. Но я чувствовала, что не по мне. Не для меня. Пресный, какой-то скучный. И привязаться не к чему. Выгнать как? Ты же знаешь, что у меня плохо с фантазией.
Подруга спросила, а зачем про айсберг и прочее? Зачем так унижать?
Ответила просто. И откровенно: «Хотела больно сделать. И я не удержалась. Зато злобу свою сорвала».