У Льва Толстого есть педагогический рассказ «Косточка», в котором мать семейства выкладывает на тарелку сливы для детей — в качестве послеобеденного десерта. Ребенок берет сливу тайком. Мать перед обедом пересчитывает сливы, и обнаруживает пропажу. На другом конце света примерно в то же время Марк Твен пишет своего Тома Сойера. Мальчик вынужден воровать яблоки у собственной тетушки, которая заменяет ему мать. Потому что тетя яблок детям не дает, и даже яблочный огрызок у них представляет ценность для меновой торговли.
Очевидно, что сейчас трудно найти семью, в которой родители пересчитывали бы сливы, чтобы уличить детей в воровстве, или жадничали бы для них яблоки. И так же очевидно, что авторы конца 19 века описывают совершенно определенный аспект реальности того времени, понятный для каждого их современника. Мы все знаем, что фрукты очень полезны, и только радуемся, когда дети едят их.
Так почему же детям не давали фрукты?
Отношение европейцев к фруктам менялось в течение времени. Например, в средневековье, когда Европу накрыл так называемый Малый ледниковый период, были проблемы с выращиванием злаков. Из-за более прохладного и дождливого лета в те годы рожь, пшеницу, овес и ячмень поражали вредители. А такой спасительной штуки как картофель в Старом Свете еще не было. Поэтому одним из главных блюд на ежедневном столе — от крестьян до королей — были фрукты. Которые в то время сильно отличались от нынешних. Например, были популярны так называемые зимние сорта груш. Их собирали поздней осенью, и плоды таких груш имели крайне толстую кожуру, жесткую мякоть и не были сладкими. Есть их в сыром виде вообще было невозможно. Их хранили зимой на чердаках, так как эти груши не боялись холода. А ели вареными. Яблоки заготавливали в бочках - «мочили». Или, как бы мы сказали сейчас, квасили. Заготовка фруктов — сушение, копчение, изготовление несладкой пастилы — было очень важно, так как любой фрукт был строго сезонным. Даже правители не могли есть сливы не в сезон слив.
К 19 веку, с постепенным потеплением климата, ростом населения государств, и особенно городов, европейцы массово перешли на другой тип питания. В его основе лежали злаки и корнеплоды: в первую очередь рожь, пшеница и картофель. Именно тогда хлеб стал составлять около 80% крестьянского рациона. И в этот период уходит корнями особое отношение к хлебу, которое до сих пор отражено в русской культуре (см. поговорки типа «Хлеб всему голова» и др.)
Делавшая первые серьезные шаги агронаука добилась повышения и стабилизации урожаев основных зерновых культур. Массовое производство зерна сделало его, а соответственно муку и хлеб, дешевыми. А фрукты, требовавшие десятилетия садоводческих забот о каждом дереве, как важный продукт питания ушли в прошлое. И теперь занимали нишу лакомства. Фруктовое садоводство было уделом богатых дворянских семей — вспомним хотя бы пьесу Чехова «Вишневый сад», где собственно вишневый сад, который собираются пустить под вырубку, воплощает собой теряемый статус и величие дворянства. Крестьяне садоводством практически не занимались. И в народной среде употребление фруктов считалось излишеством, даже если речь шла об обычных яблоках. В пище ценилась сытность, то есть калорийность. Поэтому сегодня многие популярные народные рецепты прошлого нельзя отнести к категории здорового питания. А про витамины тогда еще не знали.
В конце 19 века десяток яблок в России стоил как мешок муки или пара куриц. Не слишком отличалось соотношение цен и в других странах Европы и Северной Америки.
С точки зрения родителей тех лет, фрукты были пустой едой, дорогим баловством. В отличие от калорийных каш, пирогов, наваристых супов (щи, борщ), лапши или хлеба. Поэтому детям их старались часто не давать. Парадоксально, но это делалось из тех же соображений, по которым мы сейчас, наоборот, стараемся чаще давать детям фрукты — так полезнее.
С точки зрения Толстого, мальчик из рассказа «Косточка» не просто совершил воровство и обманул папу и маму, но и сделал это ради совершенно бесполезного предмета — сливы. Не зря, по мнению классика, папа из-за этого так осерчал, что стал пугать ребенка смертью. А по мнению тети Полли яблоки были хороши как вкусовая добавка в пирог. Но просто отдавать их мальчишкам было пустым расточительством.
Кстати, в другом романе Толстого — в «Анне Карениной» - есть эпизод, где ребенок Анны ворует персик. Это быстро замечают при контрольном пересчете персиков. Даже в дворянской среде персики считались дорогой едой, и ребенок не мог их получить просто так, по желанию.
Ситуация изменилась в 20 веке, когда были разработаны технологии перевозки больших объемов фруктов (см. нашу статью про бананы) на большие расстояния. И выведены новые, подходящие для таких перевозок, сорта. Сегодня мы можем в любое время и в любой точке планеты съесть почти любой фрукт благодаря прогрессу науки и технологий.