Пушкин написал это в сердцах во время путешествия по Кавказу и Закавказью, когда встретился с арбой, на которой везли из Тегерана гроб с телом Грибоедова. Сейчас погуглю...
Вот: "Как жаль, что Грибоедов не оставил своих записок! Написать его биографию было бы делом его друзей; но замечательные люди исчезают у нас, не оставляя по себе следов. Мы ленивы и нелюбопытны..." "Путешествие в Арзрум", глава II.
Досада Пушкина понятна, и она совсем не о том, что я скажу сейчас, но я скажу. В образе шукшинского "чудика".
Ладно замечательные! А сколько обычных, простых людей уходят – и не следа от них? Ну, дети ещё помнят, ну, внуки... Правнуки – уже нет. Не было тебя, НЕ-БЫ-ЛО! Даже имя забудут, а ведь жил, думал, чувствовал... Ведь для чего-то же она была – жизнь? А потом – раз и всё. И не нужна никому...
Обидно чудику, тоскливо. Душа болит. Как беде помочь?
Работал я как-то раз в крохотном книжном издательстве... ("Скажи, в большом тоже работал!" – суетится самолюбие из-за спины. Работал, работал, успокойся.... пятой ногой у хромой собаки.) Так вот, крохотное издательство делало книги на заказ, за деньги заказчика. Догадываетесь, каких заказов больше всего было?
"Дембельские альбомы жизни". Где когда родился, где жил, кем и как работал, и фотографии: мама с папой... А это наш дом... Черёмуха... "А тут Лёшеньке годик". Ой, всё, ребят. Я сейчас расплачусь.
Жизнь – штука грустная, но она стоит того, чтоб помучиться. (Помните, кто сказал – про "помучиться"?)
Так вот. Воспоминание о тех людях и их книгах натолкнуло меня на одну маркетинговую мысль. (Или промоутерскую? Один комментатор всё время меня корит за некорректное употребление терминов.)
Я надеюсь, среди вас, друзья, есть родители юных читателей нашего журнала "Лучик" (иначе зачем бы вы всё это тут терпели.)
Тогда вы знаете, что журнал этот необычный (одна мама рассказала в письме, как её дочка воскликнула: "Мама, "Лучик" опять правду написал!). А ещё про него рассказывают (я таких отзывов слышал и читал штук шесть – по-моему, это много), что вот раньше дети неохотно читали, не любили это дело, а "Лучик" читают, он изменил их отношение к чтению...
(Чтобы последние слова не выглядели совсем уж бесстыже, уточню: с моими собственными детьми этот номер не прошёл.)
Собственно, мы с Сашей Червяковым и канал этот завели ради "Лучика". Чтоб нет-нет и делать публикации вроде этой. Или в конце "форматных" писать – "а вот есть ещё такой журнал". Так вот я что подумал.
За пять лет существования журнала у меня несколько раз брали о нём интервью. Два раза в "Культуре", один – в "АиФ" (кхе-кхе, в региональном выпуске), ну, и на разных сайтах. Спасибо людям за это. Но... (я же гадина, бывший литературный критик) всякий раз эти интервью казались мне – не то чтобы неправильными, но какими-то не журналистскими. Какими-то "общефилософскими", расплывчатыми. Типа, "что вы думаете о проблемах детской литературы".
А надо же не так. Надо по-другому: "Откуда баблишко? Кто за вами стоит?" (Другое дело, отвечу я или не отвечу. Но надо спрашивать же! Надо вцепляться в глотку!)
Сначала я подумал сам у себя взять интервью. (А чё, я слышал, крутые так делают.) Но потом решил – нет, неинтересно. Я просто не смогу придумать настоящие вопросы.
Друзья! А не согласились бы вы помочь? Присылайте вопросы – любые, какие в голову придут (или действительно накопились), не важно – дружественные, не дружественные... Говорить всю правду и ничего кроме правды, как в известной игре из романа "Идиот", не обещаю ("не обещайте деве юной"), но буду стараться правды придерживаться.
Можно в комментариях задавать вопросы. Можно в личку. Можно в почтовый ящик text@lych.ru.
Кажется, сейчас это называется "стрим". Вылезет такой неизвестно кто и давай щёки надувать – ах, спрашивайте меня скорее, спрашивайте... Ну и что! Провалится затея так провалится. А если нет? Здорово же будет!
Полистать некоторые номера журнала можно здесь.