Я думаю, мы близки к признанию ДНР и ЛНР. Слишком много нехорошего совершилось за эти восемь лет Украиной на донбасской земле и слишком много крови пролилось. Уже и дети скоро пойдут в третий класс, рожденные на территории республик – думал написать: самопровозглашенных. А потом подивился, прям, чуть не совершенной глупости: а каковая республика в нашем подлунном мире не самопровозглашенная-то?
И для донбасских школьников Украина – чужая. И враждебная.
Но помимо причин экзистенциальных, есть и сугубо политический повод признать названные государства. Нас ведь сейчас проверяют на прочность. И уступим здесь, есть угроза, что начнем сдавать позиции и далее. Потихоньку, но верно. Проходили уже. Помните?
Надеюсь, второго извода девяностых больше не будет. В конце концов, для Украины Донбасс потерян. Вряд ли подобного рода очевидность вне понимания Киева.
А последствия признания… Санкции? Были, есть и будут. Что признаем, что не признаем. Война? Вот ее точно никто не начнет.
Да, понятно, что российский Президент сейчас действует в рамках некогда сформулированной Бисмарком Realpolitik. А она – искусство возможного. Не случайно «Железный канцлер» только ее сформулировал. А первым в Европе применил Ришелье, когда католическая Франция поддержала в Тридцатилетнюю войну протестантскую Швецию в ее противостоянии с католиками Габсбургами.
И как бы это сейчас цинично не звучало, в ходе визитов Шольца и Макрона – опозорившую Великобританию Трасс во внимание принимать не станем – шел торг. Предметный. И инициатива Госдумы – один из наших козырей.
И я полагаю, что отсутствие спешки со стороны Президента в данном вопросе – своего рода подготовка общественного мнения Запада к принятию им неизбежного факта. Какого – полагаю, уважаемые читатели догадались.
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков