Два полка истребителей поднялись в воздух и пошли на штурмовку. Разведка 15-й воздушной армии сообщила, что на аэродроме в Орле зафиксировано скопление немецких бомбардировщиков.
Командиру 315-й истребительной авиадивизии приказали нанести бомбовый удар по ним.
На каждый Ла-5 подвесили по два стокилограммовых бомбы.
Прикрывать «лавочкиных» должны были Яки 431-го авиаполка.
Почему бомбовый удар приказали нанести истребителям, хотя весной 1943 года было достаточно штурмовиков и бомбардировщиков, потому что Ла-5, избавившись от бомб, превращался в вёрткую машину.
Он мог к тому времени вести на равных воздушный бой с «мессершмиттами», а с фоккерами справлялся ещё лучше. Это знали и сами немцы.
План налёта был подробно разработан.
«Лавочкины» бомбили и пушечным огнём ликвидировали немецкие самолёты, Яки прикрывали их с воздуха и брали на себя зенитки.
Сержант Морозов шёл в составе второй эскадрильи. Это был его третий боевой вылет. В первых двух он прикрывал переправу и колонны наземных войск.
На штурмовку Морозов шёл впервые. И хотя теоретически он знал, как что делать, но всё равно немного волновался.
Комэска по рации передал, что проходят Выползово. Это была точка сбора полка. Отсюда все три эскадрильи Ла-5 пошли на Орёл.
Здесь же к ним присоединились истребители прикрытия Як-7.
Морозов поглядывал по сторонам и на душе становилось спокойнее. Десятки краснозвёздных самолётов внушали уверенность.
Немцев в небе не было видно.
Прошли линию фронта. Рано утром, хотя уже рассвело, но немецкие зенитки не успели открыть огонь.
Два полка истребителей заходили на немецкий аэродром с запада, оттуда противник ожидал нападения в последнюю очередь.
Выскочив на орловский аэродром на небольших высотах, Ла-5 начали бомбёжку. Внизу совсем не ожидал налёта.
Бомбы рвались рядом с юнкерсами и хейнкелями. Морозов нацелился на юнкерс, стоявший с правом ряду. Палец на кнопке электроспуска, есть. Бомбы пошли вниз.
Самолёт немного потряхивало от взрывов на земле.
На аэродроме началась паника, немцы разбегались кто куда. Но наши самолёты никто не обстреливал, видно, зенитчики ещё спали.
Командиры эскадрилий повели «лавочкиных» на второй заход, так как следовало провести штурмовку, пушечным огнём ударить.
В это время совсем уже приободрившийся Морозов услышал по рации, что Яки заметили немецкие истребители. К аэродрому шли мессеры и фоккеры.
Морозов шёл в строю и быстро осматривался, пытаясь увидеть противника. Но так и не заметил.
Второй заход был не менее удачен. Пушечные очереди рвали немецкие бомбардировщики. Те начали гореть.
Уже выводя свой истребитель из атаки, Морозов заметил маленькие облачка, пушашиеся рядом с нашими самолётами.
Он не понял сначала, что это. Но тут же по рации услыхал, как один из лётчиков на Яках передал, что начали стрелять немецкие зенитные батареи.
Морозов шёл, пытаясь держаться в строю эскадрильи. А облачка всё редели и редели. Вскоре их совсем не стало.
Покосившись вниз, Морозов увидел, как четвёрка Яков кружит над самой землёй, обстреливая цели. Видно, это и были зенитки.
Налёт вышел успешным.
На линии фронта наших истребителей уже ждали немецкие зенитчики, но самолёты прошли без потерь.
Согласно данным фотопулемётов, и сведениям с воздушного разведчика, на орловском аэродроме было сожжено и повреждено более тридцати бомбардировщиков.
Но так как там ещё оставались целые машины, ночью по ним нанесли удар лётчики 284-й ночной бомбардировочной авиадивизии.
Морозов приземлился, и уже при подведении итогов узнал, что в их полку потерь нет. Также все Яки вернулись на свой аэродром.