В своей работе со снами и мифами Юнг обнаружил свидетельства существования трансперсонального уровня сознания, но не считал его — даже потенциально — общим. Он не полностью порвал с фрейдистской моделью изолированного айсберга. Сознание каждого человека было еще безвозвратно обособленным и индивидуальным, хотя архетипы, приводившие его к его неповторимой индивидуальности, были подобны тем, которыми руководствовались другие. В каждом случае они возникали из скрытого «коллективного бессознательного». Оно было инстинктивным и биологическим и по этой причине было общим субстратом для всех людей. Но формирующиеся здесь архетипы в каждом случае были разными. Даже самый всеобъемлющий интегративный архетип Юнга, «Сущность», которое часто считается «универсальной», на самом деле у каждого человека разное, хотя и присутствует повсеместно.
Сам того не осознавая, Юнг обнаружил в снах и символах свидетельства общей основы, превосходящей обособленность. Он непреднамеренно раскрыл наряду с примитивной частью разума более высокий уровень сознания. Это совершенно отличалось от ограниченного бодрствующего сознания, которое он пытался использовать, чтобы понять это. Оно было намного обширнее того эго-сознания, в которое он пытался его интегрировать. Оно было гораздо более развитым, чем инстинкты, с которыми он его путал. На самом деле он сочетал два вида контакта с осознаванием за пределами личного: тот, который можно испытать, возвращаясь к господству низшего ума (манаса), и тот, который возникает в результате движения вперед к расширенному сознанию.
Подобно многим исследователям, он открыл что-то огромное, значение чего он не мог полностью понять. Он увидел берег новой территории, но попытался описать ее в терминах старого мира. Подобно Колумбу, который называл аборигенов Нового Света «индейцами», потому что ожидал прибытия в Индию, Юнг пытался понять надличностное в терминах, знакомых ограниченному эго: он называл это «инстинктом». Но точно так же, как открытие Америки не было уменьшено ошибочными представлениями Колумба, открытия Юнга не обесцениваются неадекватностью его теории. Его открытие коллективного бессознательного остается эпохальной вехой в современной психологии.
