Так вышло что мне не пришлось попасть под пресс старослужащих. Правда несколько дней проведённые в автороте запомнились на долго, затем получилось так что я спрятался от старослужащих в кабине ГАЗ–69А в один миг став не досягаемым для них. Служба так сложилась. Всё о чём я хочу здесь рассказать я наблюдал через окно автомобиля командира полка. Я уже писал про шапку и письма, повторяться не буду. Через месяц своей службы я мог определить какого срока службы солдат. Это было видно по поведению солдата. Да и стиль ношения формы сильно отличался. В то время, на шинель пришивали полоски обозначающие срок службы. Всё было очень просто одна полоска, первый год службы, две полоски второй год службы. Некоторые дембеля когда перешагивали на третий год службы с принципа пришивали третью полоску. В наше время на службе могли задержать до нового года. Самых "заслуженных" отправляли домой 30 декабря. После нового года в части дембелей не оставалось. Вместе с новым годом рождались новые "деды". То же самое происходило с весенним призывом. Только менялись даты осень, новый год. Весна, первое июня, день защиты детей. Весенний призыв пришивал полоски на китель парадной формы. У меня лично полоски были только на шинели. На китель не пришивал.
Я не знаю как было в других родах войск. Пишу о том что видел сам. Дедовщина была. И как я заметил, этим занимались не все деды, а в основном те кому сильно досталось в первый год службы. Видимо этим, они отыгрывались за свои приключения. Меня заинтересовал этот вопрос. Пользуясь своим положением, спросил у одного из "дедов" полка. – Зачем вы это делаете? Ответ был прост: – С нами так делали, а теперь мы делаем, на этом армия держится. В моём отделении дедовщины не было, и ни чего не случилось. Уважение к старослужащим было, а унижений не было. Сержанты справлялись без офицеров. Так получилось, что прослужив год я стал командиром этого отделения. В отделении был один "дед" майского призыва. Оставалось ему служить пол года. Так он так сдружился с молодыми, в полном смысле этого слова. Что пришлось даже делать ему замечание. Ладно, ему уже скоро домой, а их зачем втягиваешь. Видите ли ему скучно одному. Правда потом прекратил, угощаться с молодыми. Нашел других друзей моего призыва. За тех я не переживал, те уже знали что делают. Год службы даёт много опыта. Этих насильно не заставишь.
Войти в дедовщину было легко, а вот выйти получалось потрудней. Когда основная масса солдат после дембельского аккорда уезжала домой. Оставшиеся в части "деды" бывало уходили ночевать в другие роты. В одной из рот собирались все оставшиеся и переживали очередную ночь. Всякое бывало. Кто вёл себя нормально тех провожали по-человечески. Были такие что просили вывезти их с части к автобусам которые уходили с города в большой Красноярск через каждый час. После оформления документов боялись выходить со штаба полка. Помогал, вывозил, хотя делал это просто из жалости к их родителям. Парня ждут дома, путь быстрее уезжает. Спросил однажды у таких дембелей, не жалеют что так у них получилось? Смеялись, чувствовали что всё закончилось. – Зато есть что вспомнить! Одним словом молодость. Сидя в штабе думали по другому. Тема большая, я думаю мы ещё к ней вернёмся.