«Два переезда – один пожар» - так говорят. А у тёти Сони один переезд - как два пожара в душе бушевали. Столько лет жить в южной республике и вдруг стать там чужой, ненужной - обидно! И жалко до смерти бросать свое уютное гнёздышко – городскую квартиру, всё нажитое, ехать неизвестно куда…
Однако пришлось. И вот она - рязанская глубинка. Моя мама двадцать семь «объектов» насчитала в десятке деревень, подбирая тёте Соне новое жильё. Не из-за того, что капризная: ошарашенной ходила гостья, оглядывая дома. Неужели так можно жить, как в этом люди существуют! Это они называют уютом!?
Выбрав, наконец, от безысходности и по скромным своим сбережениям небольшой домик на краю оврага одного из сёл, уселись они с мужем на свои узлы. И совсем затосковала тётя Соня: не укладывалось в голове, что вот в этом небольшом пространстве с низким потолком и огромной русской печкой, где плита с баллонным газом стоит в холодном коридоре, нет воды, а за «удобствами» среди ночи бежать в угол огорода… - в этом – жить теперь!?
И совсем смущало: что они будут есть. Спросить местных, где у них магазин «Фрукты – овощи» - понятно, что на смех поднимут. В их лавке, сказали, мясного-колбас отродясь не было, а в эти времена полки вообще опустели…
Первую слезу на новом месте остановил стук в окно. «Это ещё кто?» - насторожились оба. Зашла женщина с корзинкой за плечами:
- Пустые, небось? Вот вам картошки на первое время! – сняла на пол ношу. – Выгружайте куда-нибудь.
- Спасибо! Неожиданно как-то. Сколько мы вам должны?
Гостья чуть оскорбилась – «берите без разговоров». И оглядела помещение:
- Дом у вас хороший, вы не переживайте. Теплый. Дрова во дворе – хозяин запас, на сезон точно хватит. Колонка с водой рядом – вам же много не надо. Обоснуетесь, не волнуйтесь.
И ушла. А переселенцы уже её глазами посмотрели на жильё и сами на себя: жить-то надо, чего руки опускать?! Только чуть успокоились – дверь без стука открывается:
- Вы уж не обижайтесь, что беспокою! – пожилая женщина протягивает два набитых пакета. – Лучку вот вам на первое время, мучицы, ещё кой-чего. Печёшь, небось, сама-то?
И тут слезы у тёти Сони полились в три ручья. Слёзы благодарности. «Надо же, какой народ, какие все!.. Всё за нас подумали!»
Надо соответствовать! И потихоньку пошло у них дело - обжили домик, стал он для них родным и уютным. Развели живность, подняли огород. Муж обрадовался, что яблок полно – виноделие вспомнил. И восторг от внимания соседей не прекращался, а ответно сами всем гостям рады были. Мужик зайдет – хозяин в подпол за вином, женщина – у тёти Сони тут как тут на столе огромное блюдо печёного: хворост, пироги да пышки отменного вкуса. Заскакивали и неприятные: «налей» да «налей», их никто не любил, и соседи наказывали гонять таких…
Пожар случился ночью. «Пожарка» вовремя успела: огонь часть надворных построек слизнул и крышу. Стены остались. Обугленные и снаружи, и внутри, но целые.
И вновь тётя Соня оценила поддержку односельчан – так уже звала их. На разборку пришли полсела, откуда-то бревна у дома сгрузили, доски с пилорамы. Каменщики тут как тут; молодые люди, друзья сына, бригадой потолок-крышу воссоздали… - возвели дом краше прежнего.
Но заноза в душе осталась. Сказали пожарные – огонь-то с ограды пошёл, чистый поджог. Не всё, выходит, ладно в отношениях. И не червоточинка даже, а вот так могут: обухом по голове!
Как дальше жить-то? Коситься на всех – не дело. Но ведь рядом он, тот безжалостный… Вспомнилось, что и раньше неприятные нотки в отношениях проскакивали, только внимания не обращала.
Так и доживала свои дни тётя Соня: уняв восторги и со смятением в душе от такого сочетания щедрости и злодейства.
Дорогие мои читательницы и читатели! Ручаюсь за каждое слово своих воспоминаний. Сам комментировать люблю, и вас прошу написать комментарий. Он и лайк помогли бы совершенствованию контента. Подписчикам и желающим присоединиться к ним приятного времяпрепровождения!