«Эмалевый крестик в петлице
И серой тужурки сукно…
Какие печальные лица
И как это было давно…»
Как и положено представителю семьи, облеченной высшей властью, у полковника Николая Александровича Романова, по совместительству русского императора, а также адмирала британского флота с наградами проблем не было, они ему полагались уже по факту рождения. Высшую награду империи – орден Святого Андрея Первозванного он, к примеру, получил, будучи двух недель от роду. Впрочем, так было положено. И по статусу, и вообще.
А вот последнюю свою награду Николай II получил за, так сказать, героизм. Ирония судьбы заключается в том, что орденом Святого Георгия 4 степени царя наградили или он сам себя наградил аккурат в день рождения Льва Давыдовича Троцкого. Если кто не в курсе – то день рождения Троцкого – 25 октября. Вот 25 октября 1915 года, ровно за два года до Октябрьской революции Николай II и получил свой «эмалевый крестик».
Тут надо отвлечься и отметить, что правители России из рода Романовых почти все были людьми не робкого десятка и обладали таким важным мужским качеством как личная храбрость. Петр I, к примеру, не просто командовал войсками, но и лично принимал участие в абордажных схватках. Александр I в своем письме сестре Екатерине, когда ему пришлось оправдываться на тему личной храбрости, напоминал, что офицеры и нижние чины как минимум двух полков могут дать прямые свидетельства, что когда надо, император может стоять под пулями и не кланяться им. Николай I в полной мере проявил личную храбрость на Сенатской площади и потом, в Русско-турецкой войне. Александр II принимал участие в стычках с горцами, находился под турецкими пулями под Плевной, не говоря уж о том, что не прятался от народовольцев. Александр III во время русско-турецкой войны принимал участие в рекогносцировках. У последнего российского императора соответствовать предкам в этом плане получилось не то чтобы хорошо.
Знаете, за что Николаю II предложили нацепить (вообще предложили «возложить на себя», но извините, в этой истории больше подходит именно «нацепить») орден Святого Георгия?
За то, что он находился «в зоне действенного огня вражеской артиллерии».
Не под обстрелом. Не принимал участие в бою. Не вел за собой полки. Не стоял под пулями. Николай II просто находился на таком удалении от фронта, на котором при случае долетали австрийские снаряды. То есть, чисто теоретически, мог оказаться под вражеским обстрелом.
Правда, проблема заключалась в том, что австро-венгры в тот день никого и ничего не обстреливали вообще. И даже не собирались. Потому что стоял густой туман. Настолько густой, что приехавший с инспекционной поездкой на Юго-Западный фронт Николай II даже не увидел вражеских позиций.
Приехал, постоял где-то на удалении от фронта. Куда-то посмотрел. Ура! Самое время для награды.
Нет, понятно, что пришли совсем другие времена. И совсем не царское было дело лезть на передовую, тем более, что Николай II в тот момент решил, что главнокомандующим он будет сам. Но тогда, наверное, и орден не стоило «возлагать»?!
Можно понять награждение больного сына, находившегося с царем в этой поездке. 17 октября 1915 г. цесаревич Алексей получил Георгиевскую медаль IV степени «В память посещения армий Юго-Западного фронта вблизи боевых позиций». Все-таки цесаревич был совсем мальчишка. Да и Георгиевская медаль младшей степени – это совсем не то же, что орден Святого Георгия, хоть IV степень и вручали к тому моменту не только за боевые подвиги, но и за выслугу.
Брусилов, наотрез отказавшийся от предложений генерала Иванова обратиться к царю с просьбой «возложить на себя» орден, потом записал:
«…Впоследствии мне говорили в Ставке, что другие главнокомандующие, в особенности великий князь Николай Николаевич, энергично протестовали против такого старательного действия Иванова, считая, что георгиевская дума ни в каком случае не могла присуждать крест царю, так как его отличия не подходили под георгиевский статут…»
Ну а Николай был в восторге:
«…Незабвенный для меня день получения Георгиевского Креста 4-й степ. Утром как всегда поехали к обедне и завтракали с Георгием Михайловичем. В 2 часа принял Толю Барятинского, приехавшего по поручению Н.И. Иванова с письменным изложением ходатайства Георгиевской думы Юго-Западного фронта о том, чтобы я возложил на себя дорогой белый крест…»
Потом этот момент награждения будет даже обыгран в пасхальных яйцах Фаберже. «Георгиевское» яйцо для Александры Федоровны на Пасху 1916 года как раз и сделано как напоминание об этом событии. Увидеть его можно в Петербурге, в музее Фаберже.
И с одной стороны можно понять личную радость полковника Романова. А с другой… Совершенно незаслуженная награда. Не по делу надет был эмалевый крестик. Не по заслугам.
-----------
Для того, чтобы было удобнее находить мои статьи на Дзене, подпишитесь на канал и тогда его удобно изучать в разделе подписок.
Мои статьи и видео доступны также во « ВКонтакте » на YouTube , в Инстаграм