...Когда «Поющие Сердца» вернулись с очередных гастролей домой, Холстинин спросил Большакова:
- У нас музыки больше нет. Все, что у нас было, мы записали. Может, у тебя есть какие-то вещи, потому что нам нужно писать следующую пластинку?
- Конечно, есть! – ответил Андрей.
- Так неси скорее!
Первой песней, которую Андрей принес в «Арию», стала «Икар», переделанная из старой песни группы «Коктейль», где она не входила в основной репертуар. В «Арии» она была аранжирована в стиле «Iron Maiden», как того требовал Холстинин. Песня «Без тебя» также была старой песней Большакова, написанной для сольного альбома, куда она так и не вошла. Валера Кипелов немного изменил ее мелодию и куплет, поэтому авторство стало общим: Кипелов - Большаков. Следом была сочинена «Воля и разум», за ней – «Встань, страх преодолей!".
Песни «Игры не для нас» и «С кем ты?» явились плодами совместного творчества Большакова и Грановского, а идея песни «Здесь куют металл» полностью принадлежала Алику. Несмотря на то что эти вещи еще не были записаны, они уже стали исполняться на концертах.
Но так как это была все-таки еще не «Ария», а вокально-инструментальный ансамбль «Поющие Сердца», то реакция публики на «тяжелую» программу была неоднозначной: если на концерт попадала молодежь, то ей это нравилось, особенно песня «Воля и разум», которая производила настоящий фурор. Но в основном на «Поющие Сердца» ходили люди пожилые, которые потом посылали кляузы в филармонию: что это у вас за коллектив выступает с такой жуткой и громкой музыкой?! Публика у «Поющих Сердец» была весьма определенная: солидные мужчины и дамы в лисьих воротниках и собольих шубах, в возрасте после сорока - они шли на концерт послушать легкую музыку, для них звездой была Антонина Жмакова, а главным хитом – песня «Водопады», которую Антонина пела в дуэте с… Андреем Большаковым.
В мизансцене песни «Карабас-Барабас» был задействован и Алик Грановский. Жмакова пела: «Карабас-Барабас, не ходи за мной!», - а Алик, изображавший преследующего певицу Карабаса-Барабаса, ходил за ней по пятам, крадучись и гримасничая, что вызывало вопли восторгов в зале. Его огромная копна волос, спрятанная под рубашку, выпирала непонятным и страшным горбом. Жмакова оглядывалась на него, притворно пугаясь, и публика с жаром аплодировала.
Администратор «Поющих Сердец» Вячеслав Васильевич Гришин по прозвищу «Дада» постоянно подкалывал музыкантов:
- Посмотрите на Тоню – вот это актриса! А ваша музыка не нужна никому! Дурака-то не валяйте! Хватит! Завязывайте с этим вашим хэви-металом!
Алик обижался и иногда во время представления наступал Жмаковой на шнур от микрофона, вызывая этим неизменный гнев Векштейна.
- Что это он там себе такое позволяет! Отрезные карманы и накладные воротнички!! – кричал тогда разъяренный Виктор Яковлевич.
А на гастролях в Новгороде начудил Львов, после чего у музыкантов группы случился новый конфликт с Векштейном. Антонина постоянно ошибалась, и Саша Львов, разозлившись, стал играть на барабанах в разных темпах: то в два раза медленнее, то в два раза быстрее. А так как дурной пример заразителен, то и Алик Грановский тоже начал слэповать. После концерта в гримерку вбежал разъяренный Векштейн и заорал матом, чтобы музыканты забирали свой растакой-то хэви-метал и убирались подобру-поздорову!
По возвращении в Москву Володя Холстинин организовал собрание группы, на котором заявил, что у него проблемы со Львовым и надо избавляться от этого барабанщика и брать другого.
- Мне кажется, нам нужен другой барабанщик! - Володя подходил к каждому по очереди. – А как вы считаете?
И Холстинин в итоге убедил всех, что барабанщика надо менять.
Истины ради нужно признать, что Львову было не интересно играть эту музыку; он с большим удовольствием возился в студии, где время от времени творил настоящие чудеса: Валере он подобрал такой хорус, что у него вокал стал широким и как бы хрустящим и в зрительном зале чудилось, что на сцене поет не один Кипелов, а как минимум два. Именно Львов «вырулил» Холстинину частоты так, чтобы звук его гитары максиммально приблизился к саунду обожаемого им «Iron Maiden». Бывало, ансамбль собирался на базе для репетиций. Львов, скоммутировав и отстроив аппаратуру, интересовался у музыкантов:
- У вас все готово? Ну, и у меня все готово. Вот и работайте! – и уходил на пятый этаж, в студию.
Его пытались остановить в дверях:
- Саша, вообще-то мы не можем репетировать без барабанщика!
Но он лишь махал в ответ рукой, пожимал плечами и исчезал за пролетом лестницы, ведущей вверх…
Когда Львов окончательно переместился за пульт управления звуком, Грановский позвнил Молчанову:
- Игорь, приезжай! Нам барабанщик нужен.
Молчанов в то время работал в ансамбле Людмилы Сенчиной, чего очень стеснялся.
- Алик, я уже два года играю одни «носики-курносики»! Я уже играть разучился! А если я на прослушивании ничего вообще не сумею показать? Это же будет просто абсурд! Нет! Я не в состоянии, я отказываюсь. Я не пойду ни на какое прослушивание!
И все-таки Грановский уговорил Молчанова вновь приехать на базу «Поющих Сердец» и прослушаться. Поскольку там он оказался среди своих старых друзей, это его раскрепостило. Игорь весело отстучал несколько сумасшедших синкоп и был единогласно принят в ансамбль.
- Но ведь я даже «Тореро» не могу сейчас сыграть!.. – воскликнул Молчанов, когда был вынесен одобрительный вердикт.
- Ничего страшного! – ответил Алик. - Каждый день в десять часов утра мы будем собираться на базе и работать до восьми часов вечера...
- Как это?! Без выходных?!
- Да, - сказал Алик. - Только ты и я. Я согласен приходить каждый день с утра и до восьми вечера с тобой заниматься...
- И сколько это будет длиться?
- Пока ты не войдешь в программу...
Да, комменты, авторы которых станут утверждать, что русского рока не существует, будут безжалостно удаляться. Не тратьте свое время. Здесь вас не ждут.