Пообедав, решили не откладывая начинать прогревать дизелёк. Тут-то и ждал нас первый сюрприз! Двигатель оказался не живым.
Но Владимира Петровича это обстоятельство нисколько не смутило, он махнул ободряюще нам рукой со словами: «Ничего страшного, не расстраивайтесь! Мы Вам сейчас другой отдадим мотоневодник, - вот этот, или этот. Подождите, сейчас запустим!»
Он отошел от нас. Переговорил о чем-то тихо с двумя мужчинами, одетыми в черную спецодежду, выдававшую принадлежность не к рыбакам, а к механикам, появившимися неизвестно откуда и стоявшими до этого момента молча поодаль.
Пока механик колхоза с мотористом пытались реанимировать дизель очередного катера, мы с Максимом отошли чуть в сторону и чтобы хоть как-то отвлечься от переживаний, решили прогуляться вдоль песчаной полосы вокруг залива.
Вскоре наше внимание привлек звук лодочного мотора. Приглядевшись, увидели что со стороны водохранилища к берегу медленно ползет какой-то небольшой баркас. Чем ближе баркас приближался, тем становилось яснее что он идет очень тяжело, поскольку сидел очень низко в воде и борта едва проглядывались над водой.
Повезло явно мужику, что погода сегодня спокойная, волны нет, а то бы я ему не позавидовал!- повернувшись ко мне покачал головой Максим. Мы пошли дальше и не сразу обратили внимание, что шум мотора неожиданно стих.
Минут через двадцать повернули обратно и только тогда увидели, что на берегу толпятся и гудят рыбаки, размахивают руками и показывая в сторону водохранилища. Оказалось, что лодка еще недавно приближавшаяся к берегу, теперь медленно удалялась.
Видно было на глаз, что ее относило течением в водохранилище. Видно было, как человек на явно перегруженной лодке отчаянно работает веслами, тщетно стараясь выгрести против сильного течения. Затем кто-то заорал - На мель бот встал мертво.
Мы услышали раскатистый мат Владимира Петровича, обращенный к какому то Николаю -Неужели вашей бригаде трудно было в резерве держать один единственный исправный мотор. А если что нибудь случится серьезное, не дай Бог с кем-то там в волну на водохранилище, плохо например кому-нибудь станет, то будем вызывать МЧС?
В общем делай что хочешь, но чтобы через полчаса ты мне бот Сашкин с рыбой в целости и сохранности доставил на берег. Напоминаю тебе. Если ты забыл, что там свежая рыба, а если ты мне ее сгноишь, то ты у меня зарплаты полгода не увидишь в тройном размере с тебя за испорченный товар сдеру!
Через двадцать минут затарахтел грузовой мотороллер "муравей" Затем опять разнесся громкий мат: - .....Я даю тебе сегодня вечер и ночь. А завтра отчитаешься мне о готовности резервного мотора и лодки.
Несчастный Николай поманил кого-то рукой и они вдвоем побежали к гаражу. Через несколько минут они вдвоем тащили по песку маленький ялик. Дотащив до берега, мужики столкнули ялик в воду. Запрыгнули на него, отчего тот черпнул бортом воды и едва не перевернулся, и люди резво стали грести к севшему на мель боту с рыбой.
Вскоре ялик достиг бота. А еще через несколько минут ялик вновь оказался на берегу. Эй ухнем!- заорали рыбаки со смехом и только тогда мы догадались, что они тянут конец длиннейшего каната, уходивший куда-то в воду.
Саша а повернулся ко мне - Ты понял, что они так свой злосчастный бот пытаются спасать, вытащить с мели. Да, слушай,, такого ужаса я даже предположить не мог.
Тем не менее судьба, кажется, наконец решила пожалеть рыбаков и бот начал медленно сходить с мели. Вскоре лодку с рыбой дотянули до берега и рыбаки буквально бегом начали разгружать лодку. стаскивая ящики с рыбой прямо на песок. Какой- то мужик подогнал тут же мотоцикл с коляской и начал грузить в коляску рыбу.
Как только он отъехал, его место немедленно заняли два газика, которые также в мгновение ока затарились и тут же покинули территорию базы. Интересно было то, что нимало не стесняясь нашего присутствия, здоровые мужчины отсчитали наличные и отдали Владимиру Петровичу.
Я повернулся к Максиму — вот теперь мы в очередной раз убедились с тобой, как реально функционирует с позволения сказать, наша финансовая система взаиморасчетов. Я думаю, что эта схема натуральной системы хозяйствования на уровне в объявившего о независимости Государства Южный Судан. Только для них это болезнь роста, а вот для нас сие - приговор.
Рыбаков вновь как будто ветром сдуло с берега. А Владимир Петрович с механиком и его подручным наконец продолжили искать нам сколько-нибудь исправный мотоневодник.
Через четыре часа, из десяти мотоневодников механику с мотористом кое-как удалось запустить только один. Я был столь обрадован, что вопреки здравому смыслу не стал пытаться продолжать выяснение, исправны ли другие системы «рыбачка».
Еще два часа нам пришлось пыхтеть над тем, чтобы нарисовать на борту катера тот номер, который фигурировал у нас во всех оформленных судовых документах. Нанести номер вызвался мой Саша, вспомнивший весьма кстати, что в детстве он не плохо удавалось пейзажи, особенно морские пейзажи.
Я намекнул ему, что надо постараться нарисовать номер так, чтобы он не слишком контрастировал с общим угрюмым обликом рыбачка, поскольку в противном случае нам будет гарантировано усиленное внимание всех встречных диспетчеров шлюзов и инспекторов ГИМС до самой конца нашего предстоящего "круиза".
О том, как мотоневодник, доставшийся нам волею судьбы, выглядел, полагаю, - надо описать отдельно. Сказать, что впечатление, которое он производил на окружающих, - совершенно удручающее, значит сказать крайне мало.
Краска на его бортах и рубке была ободрана столь вызывающе,а бортовая обшивка помяты так сурово и беспощадно, словно эти оба борта регулярно подвергались постоянно атакам других судов, а леера на носу и корме вообще были так согнуты так, что они приобрели вид, напоминавший среднеазиатские средневековые узоры.
На правой скуле нашего несчастного и жалкого, явно побитого жизнью моттоневодника выделялась внушительная заплата. Вид покоробленного днища вообще вызывал обоснованное беспокойство,относительно состояния его прочности, точнее профпригодности.
- Нет, я конечно всё понимаю, но как же вы в таком состоянии лодки свои держите? – выпалил я с любопытством наблюдающим за нами рыбакам, не сдержав своих эмоций,одновременно ощупывая приличную вмятину на левой скуле, около метра диаметром, валявшегося по соседству с нашим, катера. - Как вас самих-то ещё речка носит?
Обводя машинально глазами баркасы, покачивавшиеся у берега и похожих чем-то на грязных жалких утят, я решил, что в этом колхозе брать еще один катер больше не стоит, пусть даже мне их предложат даром!
Отказавшись от предложения переночевать, мы решили отправиться в путь. - Ну, значит тогда что же? Давайте, счастливого пути Вам, мужики! Как доберетесь до места позвоните. расскажите. как добрались. напутствовал нас на прощание председатель, пожимая руки. и как мне показалось, несколько грустно разглядывавший нас.
Мне показалось. что он смотрел на нас не только с некоторым сожалением, но даже и с беспокойством, как смотрят на людей совершающих нечто безумное. хотя возможно мне это показалось...
Итак, впереди нас ждал переход от средней Волги до
Самары, а потом и вообще путешествие в Москву . И надо было сделать непременно один небольшой крюк, чтобы забежать в Ульяновск, где следовало заправиться топливом и продовольствием. Безусловно, заход в этот город был сопряжен с дополнительной тратой времени, но не использовать возможность побывать там, я не мог.
Признаюсь, что даже если бы обе топливные цистерны были заполнены до самых краев, причину забежать сюда, я всё равно бы придумал.
...Этот небольшой провинциальный город высоко. широко и привольно раскинувшийся на высоком правом берегу Волги, в двадцатом веке прославился тем, что именно там родился могильщик капитализма в России великий коммунист- дворянин Владимир Ильич Ульянов - Ленин.
Ну, а для меня Ульяновск был не только удивительно красивый и зеленый город, знакомый с детства, где часто бывал на экскурсиях, но и место где остались друзья юности, добрые отношения с которыми удивительно сохранились и сегодня.