Я проснулась первая. И сразу вернулась к вопросу, почему мы все это делали в темноте? Это не Генина песня. Ему нравится свет, открытость, бесстыдство. А мы кувыркались часа три , четыре, а он даже не повернул выключатель. Я не сопротивлялась, потому что тельце моё теперь светилось шрамом от кесарева, и этот шрам был не очень красивый. А Геннадий то почему предпочёл свету тьму, и кровати пол? Для этого должна быть серьёзная причина. Надо потихоньку встать и все рассмотреть. Я вставала очень тихо. Мне же надо было одеть протез для того, чтобы дойти до выключателя, или открыть дверь в комнату, ну чтобы на кухне стало светлее. В общем, с этой задачей я справилась. Свет включать я не стала, просто открыла дверь в комнату, и в кухню проник яркий дневной свет, все стало видно, или почти все. Генка спал на пледе, лицом вверх, и мне казалось, все было по старому. Тело Аполлона. Представьте, этот красавчик ещё в восьмидесятых удалял все волосы с интимных мест! В общем, я смотрела на то, что дав