На Аuthor.Today стартует «Младший сын».
То, о чем так долго твердили большевики зчркнт радио «Вестник Мидлотиана», таки случилось. Выхожу одна я на дорогу… ну, не совсем одна, а как обычно вместе с оравой разновозрастных (большей частью очень молодых) Хепбернов.
О чем эта книга? Для читавших «Белокурого» все просто – фансервис и приквел к «Белокурому». Если вы когда-либо хотели узнать подробнее про Джона Хепберна, буквально влезть в его шкуру – вот вам этот самый единственный шанс. Замок Хейлс в полной славе и силе, Хепберны на коне, свора собачащихся подростков, толпа знакомых героев – и все-все-все еще живы… И много-много скелетов в книжном шкафу епископа, поясняющих, почему железный Джон в итоге именно таков, как есть.
Для всех остальных эта история вот о чем: о мальчике, который в начале шестнадцатого века, в Приграничье Шотландии, пытается постичь, что значит быть мужчиной.
Все начинается как нельзя лучше. 1507 год. Фортуна крайне благосклонна к Патрику Хепберну, первому графу Босуэллу: отменное здоровье, блестящая придворная карьера, к которой он пристроил всех близких родственников, крепчайшая фамилия, которая встанет за него, если потребуется, стеной… и дети – подлинное благословение. Старший сын – идеал рыцаря, второй и третий всегда достойны похвалы отца, вот разве что младший уродился не в масть, не в породу. Казалось бы, ничто не может пошатнуть могущество Хепбернов в Ист-Лотиане. Но дух времени веет, где хочет. Кто устоит пред его дуновением? Это история о мальчике, который рожден быть убийцей, но принужден идти дорогой милосердия.
Роман практически закончен, выкладывается бесплатно, регулярное обновление по главам. Чтобы читать мою новую книгу, достаточно войти на сайт через аккаунт любой соцсети и добавить книгу в библиотеку - там вам будут приходить уведомления о новых главах.
"Нас было шестеро в том краю, в своре детей Босуэлла. Когда мне говорят о гнезде, о счастье родного дома, мне хочется смеяться. Так-то я редко смеюсь искренно и от души.
Я появился на свет в конце марта, когда дороги в холмах превратились в ледяную кашу из грязи и талого снега, и гонцу потребовалось более полусуток, чтоб известить о том нашего отца в Эдинбурге, где он пребывал по случаю свадьбы моей тетки с Ричардом, герцогом Йоркским. Повитуха, принимавшая роды, сказала матери, что у меня крутой нрав и беспокойный дух, но я буду удачлив – ибо родился в сорочке. Я же родился до срока. По расчетам матери, рожавшей едва ли не ежегодно, мне следовало повременить, однако я не сумел – и всю мою оставшуюся жизнь прилагал огромные усилия, чтоб сдержать тот свой первый порыв, и не торопиться, не торопиться, не торопиться. Ибо гнев рода горел во мне острее, чем в прочих. Я появился на свет после их крупной ссоры, Патрика Хепберна, первого графа Босуэлла, и Маргарет Гордон Хепберн, его второй богоданной супруги, но не стал плодом примирения, а только средоточием раздора. Те две недели, злосчастные две недели стоили мне даже не любви отца, но просто позволения быть, хотя бы и – быть одним их них, одним из своры. Дети подобны зверям – я не люблю детей. Единственная, кто вызывал мое счастливое недоумение своей нежностью – это, конечно, Маргарет, наша Мэри-Мардж. Одна девчонка в нашем, втором выводке, в котором последний - я. Последний из выживших, ясное дело. Роберт, родившийся после меня, умер семимесячным от весенней хвори.
Моим крестным отец выбрал своего дядю, Джона Хепберна, настоятеля собора Святого Андрея в Сент-Эндрюсе, приора – в те дни ему было чуть за пятьдесят, он вернулся из Европы, вдоволь постранствовав, и железной рукою управлял городом, и даже бывал не раз выдвинут на должность архиепископа Сент-Эндрюсского… случись такое, с нашей фамилией в королевстве и вовсе не стало бы сладу, потому Папа ни разу и не утвердил представление. В руках его тогда находилась малая печать королевства. Старый Джон – ибо меня вслед за ним в семье звали молодым Джоном – за делами и трудами не явился на крещение, прислав, впрочем, подарки, и его отсутствие позволило моей матери сделать странную вещь в традиции своей, горской, семьи Гордон Хантли. Моя мать, дочь горца и принцессы Стюарт, велела крестить младшего сына как unblessed hand – без погружения правой руки в купель. Узнав о том, граф Босуэлл в ярости удалил из Хейлса осмелившегося на сомнительное деяние замкового священника и месяца два не разговаривал с леди-матерью, однако сделанного не воротишь".
На этом «Вестник Мидлотиана» временно прерывает дозволенные речи и отправляется наблюдать статистику на АТ)) спасибо за внимание!
#шотландия #история шотландии #исторический роман #xvi век