Согласно различным оценкам, на сегодняшний день во Франции проживает около пяти или шести миллионов граждан северо-африканского происхождения. Часто в русскоязычной литературе пишут о пяти или шести миллионах французских арабов, что неверно, так как немалая часть из этого населения, например, имеет кабильское происхождение, а это действительно две большие разницы, кардинально меняющие, если разобраться, представление о французских проблемах. Немаловажно также понимать, что все эти люди — совершенно не моногенная общность, и, помимо разного этнического происхождения, все они имеют разное, иногда просто полярное представление о своей собственной истории. К примеру, более 500 тысяч французских «арабов» являются потомками харки. Но кто такие харки?
В узком смысле харки — это члены французских военизированных формирований, сражающихся против сил Фронта Национального Освобождения до падения французского Алжира. Впрочем, первыми харки можно назвать и туземных солдат, присягнувших Франции ещё в конце позапрошлого века. В сегодняшней Франции слово "харки" также относится ко всем репатриантам или беженцам (и эти два термина тут совсем не синонимы и являются действительно открытой раной для буквально сотен тысяч людей) мусульманского происохождения, попавшими во Францию после обретения Алжиром независимости. Но зачем эти люди так стремились во Францию?
А дело в том, что харки, которых насчитывалось в Алжире более 250 тысяч человек, прекрасно понимали, что боевики ФНО, которым Франция буквально с рук на руки была вынуждена передать Алжир, самым жесточайшим образом расквитаются не только с ними, но и с членами их семей. И, надо сказать, что именно так и произошло — более 60 тысяч харки и членов их семей были вырезаны, несмотря на Эвианские соглашения, по которым гарантировалась неприкосновенность и амнистия участникам военных действий с любых сторон. Но, как известно, слово на Востоке, призванное как всегда только скрыть истинные намерения, стоит ровным счётом столько, сколько и слово Западной Империи, действующей по заветам Макиавелли.
Поэтому все случилось так, как оно и должно было случиться — ФНО не только физически уничтожило немалую часть харки (ненависть к которым усиливалась зачастую ещё и по национальному признаку), но поразила их в гражданских правах (надо, сказать, что ограничительные законы против уже потомков харки действуют во Алжире до сих пор), а Франция, опасаясь единовременного прибытия более четверти миллиона алжирцев, не просто решила закрыть глаза на нарушение Эвианских соглашений, но и принципиально отказало в праве на репатриацию харки, рассматривая этих людей как только беженцев со всеми из этого вытекающими последствиями. Всего Франция приняла около 40 тысяч харки, потомков которых сейчас во Франции насчитывается более 500 тысяч человек.
Кстати, помимо харки, на службе Франции были и харкетты — женские военизированные формирования. Самое знаменитое подразделение харкетт было создано Катинанте, где его женщины-бойцы участвовали в военных операциях по охране, обороне и конвоированию. После прихода к власти ФНО, вероятно, все участницы подразделения, как и члены их семей, были убиты. И на этом не совсем характерном, но ярком примере можно осознать вообще всю трагедию харки — людей, которым не нашлось места на Земле.
Автор - Антон Казаков