Выдалась хорошая, не жаркая погода. Путь от реки до первого привала проходил без особых усилий. Разношерстная группа оказалась неплохо подготовленной, для большинства подобные походы были любимым отдыхом и способом отвлечься от будней. Сам маршрут судя по вытоптанной тропе был популярным среди туристов. Идти по нему было легко, и группа двигалась в бодром темпе. Во всей цепочке самым слабеньким звеном оказалась Павла, она то и дело отставала и тем самым задерживала группу. Но остальные относились с пониманием к тоненькой девушке и никаких упреков в ее адрес не звучало. Все-таки не гонка на время была целью, а общение с природой и с такими же любителями активного отдыха.
Сергей старался держаться рядом с Павлой, ее большой рюкзак и хрупкий вид вызывали в нем тревогу: она вообще осилит этот поход? Несколько раз он предлагал Павле переложить к нему тяжелые вещи из рюкзака, но в ответ получал только дерзкие ответы и раздраженные взгляды. Будто он не пытается помочь, а мешает ей.
Кирилов все это время не смолкал, он рассказывал о необычных местных природных явлениях, травил байки щедро приправляя их анекдотами и конечно же рассказывал о месте куда они направляются. Шли они к трудовому исправительному лагерю, заброшенному много десятилетий назад. Это был один из пунктов системы ГУЛАГ в здешних таежных лесах. Несколько лагерей были соединены недостроенной, а теперь и окончательно разрушенной железной дорогой и располагались через каждые десять километров на приблизительно одинаково квадратной территории.
Через три часа, когда рюкзаки начали все сильнее давить на плечи, им попались остатки телефонной линии, которая вела к лагерю. Еще через полчаса показался первый барак.
Это был небольшой, крепко построенный сруб, в приличном состоянии. Снаружи выглядел как обычный домишко, но с решетками на миниатюрных окнах, значит не просто барак. Карцер.
Сергей и еще несколько участников группы вошли внутрь. Странно – на улице лето, а там было холодно. Вдоль стены тянулся коридор, ведущий в четыре отдельные каморки с тяжелыми железными дверьми и затворами.
- Официально это место называется штрафной изолятор, - подошел Кирилов, - сюда за любую провинность помещали заключенных на несколько дней с минимальным пайком. Потерял валенки, или кто-нибудь украл у тебя валенки – сразу сюда. Не разбирались. У кого украли, того и наказывали.
Место было мягко говоря мрачное, даже всегда жизнерадостный и оптимистичный Кеша здесь выглядел непривычно хмурым.
Дальше все отправились на место привала. Даже несмотря на то, что лагерь частично был обустроен для туристов, то есть была выкошена трава на площадке возле самого крепкого барака, оборудована полевая кухня с металлической посудой, виднелись сложенные стопкой заранее приготовленные дрова, все равно долго задерживаться здесь никому не хотелось.
Территория лагеря уже заросшая кустарником и давно отвоеванная тайгой, вызывала трепет и чувство неправильности, ненужности этого злого присутствия человека в лесу.
Туристы сложили рюкзаки, растопили огонь в очаге и несколько человек деловито приступили к приготовлению обеда. Остальные разбрелись по местности.
Отрывок из романа Елены Беловой "Эффект притяжения"