Помните историю с Диогеном и Александром? Когда великий царь пришел к мудрецу, поговорил с ним, а потом от всей широты царской души предложил ему выполнить любое его желание, Диоген попросил просто отойти немного в сторону и не загораживать ему солнце. Вообще, конечно, представить это трудно: какой-то бомжара лежит в бочке, точнее в глиняном пифосе на земле, как собака в конуре, а рядом топчется целая царская свита во главе с непобедимым Македонским и вопросы бомжу задает. А тот глубокомысленно отвечает, да еще и хамит царю. Думается, афиняне над Македонским пошутили, когда послали его за мудростью к Диогену. Сами-то они едва ли воспринимали его как человека, наделенного мудростью. В торговых Афинах приблудный бомж, да еще и бывший фальшивомонетчик-бессеребренник скорее всего слыл городским сумасшедшим.
У нас Диоген мгновенно попал бы в «лишние люди», в компанию к Чацкому, Онегину или Печерину. Тоже чудик, только еще и оборванец. Если верить учебнику литературы, лишний человек
«не имея перспектив практической реализации, склонен заниматься только бессмысленным философствованием, бесплодной рефлексией, разбавляя их праздными развлечениями».
Точно ведь Диоген – бессмысленное философствование, бесплодная рефлексия и развлечения в виде редкого шанса послать подальше царя.
А знаете, сколько Диогенов у нас на Руси на каждом шагу! Да девять из десяти моих знакомых, включая меня самого, за таким приятным препровождением готовы ехать на край света. Это же счастье – бессмысленное философствование и бесплодные рефлексии. Не будь у меня дом в Гремячинске столь комфортным, я бы его уже сто раз Приютом Диогенов назвал.
Но вообще-то, это текст о фильме. О фильме моего старого знакомого Павла Печенкина «Человек, который запряг идею». Я-то сам почитаю этот фильм одной из самых высоких и красивых вершин мирового документального кино, но полагаю, сегодняшние «критики», особенно те, что получили такой почетный статус в Кинопоиске, со мной категорически не согласятся. Впрочем, я с ними тоже категорически не соглашаюсь при прочтении почти 100% рецензий. Что это за манера, в конце концов, называть рецензией банальный пересказ содержания! Можно подумать содержание – это единственное, что определяет художественные достоинства кино. Люди даже не понимают, что, говоря в такой манере о произведениях ИСКУССТВА, они качества собственно ИСКУССТВА вообще не рассматривают. А ведь этот фильм – шедевр вовсе не потому, что там какое-то особенное содержание.
Конечно, выбор героя – это большая удача, но ведь выбрал его даже не автор фильма, а его сценарист, замечательный пермский поэт Вячеслав Дрожжащих. Конечно, герой фильма говорит так, будто это он Библию в целом и Екклесиаст в частности лично написал, но ведь так разговорил героя Павел Печенкин не в функции режиссера, а в функции интервьюера, журналюги, то есть. Да и вообще, спроси любого эксперта с Кинопоиска, а что делает в документальном кино режиссер, боюсь, ответ будет экстремально дурацким. Собственно, и о режиссерах игрового кино у них представление странное, но в документальном это для них «тайна велика еси». А как говорить о фильме, если не понимаешь, что и как сделал автор? Ведь «Человек, который запряг идею» - безусловно абсолютно авторское кино. И при этом, не арт-хаус какой-то для избранных, а фильм интересный любому, кто ценит документальное кино, как творческое направление. Да даже те, кто сроду не видел этого самого документального, смотрят это на одном дыхании. Кино для всех, то есть.
И вот тут можно даже поговорить о волшебстве. Специально для критиков Кинопоска. Это же самый простой способ сделать шедевр – взмахнул волшебной палочкой, и унылые картины Прикамской глубинки в кадре превращаются в картины рая на Земле, который завтра создаст чудаковатый, мягко говоря, герой. Второй раз взмахнул, и фильм наполняется аж физическим ощущением неприятия, и даже презрения к герою. Даже кошки, козы и соседские хулиганы во главе с местным участковым начинают смотреть на него как на придурка. Третий раз взмахнул, и сестра героя тоже переходит на фольклорные интонации и вот уже тоска по погибшим деревням и светлым ключам сменяется даже не надеждой, а уверенностью, что это все не навсегда, и что возрождение не обойдется без нашего героя, который точно в прошлой жизни был конем. Ну а последний четвертый взмах гаррипоттеровским инструментом, и вот уже зрители счастливо, но совершенно недоуменно спрашивают друг друга: - Все? А что это было? А нельзя ли поставить снова?
И ведь действительно по ощущениям от просмотра – это чудо. Светлое, абсолютное, бескорыстное и чистое чудо в декорациях грязи, грубости, нищеты, хамства и лошадиного навоза. Вот только ни сам Гарри Поттер, ни его коллекция бузинных палочек тут не при чем. Фильм сделан абсолютно продуманно, точно, профессионально и без малейшей глупой надежды на случайное вдохновение или какое-то волхование. Тут очень точные договоренности и не менее точные задачи, поставленные режиссером оператору – что, когда и как снимать. Мы ведь потом только, через какое-то продолжительное время, когда отгуляет прекрасное послевкусие от просмотра, можем задаться вопросом – а в какое время года это все случилось. Можем и не задаться вовсе, пока вдруг не вспомним, что в кадре коротенького фильма, вся формальная история которого укладывается в два, от силы три дня, мы видели и зиму, и весну, и лето, и даже начало осени, но ни одного по-настоящему солнечного дня.
Ну и монтаж, разумеется. Это же отдельное живописное полотно, и мне просто от всей души жаль тех, кто видит на экране исключительно документальную историю, простое содержание. Здесь эта история щедро украшена вообще никакого к ней не имеющими отношения кадрами. И до смешного бытовыми и даже основательно пародийными вроде крупных планов задумчивой козы или сонной кошки, и величественными как сама вечность, и поэтичными вроде покоса на позднем закате на фоне багрового неба. Ну а кульминационное родео на деревенской телеге с впряженной в нее необъезженной лошадью – это и вовсе нечто запредельное. Я несколько лет пытался подобрать к этому хоть какие-то правдивые эпитеты, и не смог. Воистину, лучше один раз увидеть!
А еще стоит обратить внимание не на экран, в куда-то внутрь души. Ведь, не расскажи нам Павел Печенкин именно так именно эту историю, прикамский Диоген в нашем сознании вызывал бы точно такие эмоции, как и тот классический у афинян – бомж бомжом, да еще и тунеядец и полный придурок. А теперь он поселился у нас в душе. Не как философ, конечно, не как какой-то жизненный ориентир, нет. Он не стал для нас чем-то серьезно значимым в жизни, но вот ведь что удивительно - толика нежности и доброй улыбки, с которыми смотрел на своего героя автор на протяжении менее 30 экранных минут, оказалась заразной и теперь живет и в наших душах тоже. Странно это и очень чудно. Причем, в слове ЧУДНО ударение можно ставить на любой слог. Да хоть на оба, все равно это будет правильно. А ведь еще и после этого фильма начинаешь тормозить себя в привычных городских склоках, и вместо того, чтобы, не задумываясь, рявкнуть на какого-то очередного чудика, как это бывало раньше, нет-нет да и подумаешь, а не Диоген ли перед тобой. А Диогенам многое прощается. Диогена хочется пожалеть, как-то утешить или просто выслушать, что практически одно и то же.
Знаете, в одной знаменитой песенке Булата Окуджавы есть потрясающие строки:
«А душа ведь, это точно, ежели обожжена,
Справедливей, милосерднее, и праведней она»
Так вот, Печенкину, конечно же, стоит сказать спасибо за этот почти безболезненный ожог наших душ. Результат-то заметен.
Ну, и желающие, конечно же, могут увидеть этот шедевр прямо здесь и прямо сейчас. Такое маленькое чудо вполне под силу любому автору в Дзен. Это совсем не трудно.