На десять лет папа подарил Кристине телескоп. Они установили его на заднем дворе и в то лето каждый субботний вечер проводили вдвоем. Тогда она и полюбила небо. Папины рассказы о нём увлекали свободный детский ум. И он отправлялся в далекие странствия через туманности и плеяды звезд к дивным планетам, вращающимся вокруг фантастических светил.
- Посмотри на эту крупинку в созвездии змееносца, - сказал папа, уступая Кристине место у телескопа.
Она прижала глаз к окуляру и увидела едва заметную белую точечку, окруженную россыпью таких же маленьких бусинок.
— Это звезда Барнарда, красный карлик, один из ближайших к нам. Но даже он находится от нас в шести световых годах. Так далеко… Но я верю, люди смогут когда-то взглянуть на него поближе, - сказал папа и положил руки Кристине на плечи. А она уже представляла огромный алый шар, повисший в небе вместо солнца.
- А это Арктур, - в другой раз говорил отец, поворачивая телескоп в сторону созвездия Волопаса, - с земли самым ярким выглядит Сириус, но он в десятки раз меньше Арктура. Просто представь, что шарик надуют размером с пароход.
И она вообразила, как гигантская оранжевая сфера заполнила лужайку и уперлась мягкими боками в дом и баню.
За эти три месяца Кристина успела многое увидеть и представить. Она разглядывала кратеры и расщелины Луны, бродила по берегам её безводных морей. Оказывалась на голубовато-зеленых горошинах – холодных планетах Уране и Нептуне – и пробиралась через их бескрайние снежные дали. Она смеялась над белой ермолкой медного Марса, очаровывалась кольцами Сатурна, с любопытством рассматривала полосы Юпитера, его красный пуп и тени-точки от спутников.
В конце лета, когда уже отсверкали августовские звездопады и ночь задышала осенью, папа показал Кристине ещё одну звезду:
- Альбирео, самый кончик клюва у Лебедя. Эти два огонька, желтый и синий, - двойная звезда. И я часто думаю о том, каким изумительным может быть закат двух разноцветных солнц. Какое удивительное небо предстает перед глазами. И как бы я хотел увидеть эту красоту.
Кристина запомнила эти слова и тот грустный, задумчивый голос, которым они были произнесены. Это было лучшее лето в её жизни. Никогда до этого они не были так близки, и никогда после. В декабре папа умер от рака. И её путеводная звезда погасла, но отец оставил после себя несколько новых.
Она научилась мечтать и фантазировать, при этом ставить себе цели и лететь к ним, какими бы далекими они не казались. Кристина во всем пыталась докопаться до сути, ведь она хорошо знала, как много может быть скрыто даже в незначительных вещах. А ещё она стала рисовать. Природа, часто в движении - дождь, снегопад, течение реки, полет птиц, оживала на бумаге под её рукой, и порой принимала фантастические образы. Но всегда и везде было небо. Ничто так не вдохновляло её, как оно. Ведь каждый раз поднимая голову, она вспоминала отца.
Даже тридцать лет, которые минули с того лета, не смогли обесцветить память о нём. Хотя весь мир вокруг невообразимо изменился. Невероятное ещё несколько десятилетий назад становилось реалиями сегодняшнего дня. И прежде робкая фантазия заговорила во весь голос.
Кристина вышла из терминала и направилась к стойке регистрации. Миловидная шатенка улыбнулась и попросила приложить ладонь к сканеру. Через несколько секунд загорелся зеленый диод. И девушка, пропустив Кристину через рамку, сообщила:
- Добро пожаловать на Кеплер-1118. Пройдите в зону «С», ваше отправление через 24 минуты. Всего доброго!
Кристина оказалась в огромном безлюдном зале. Здесь поместился бы Титаник, подумала она и включила на браслете навигатор. Желтая пунктирная линия возникла на антрацитовом полу. Кристина проследовала по указанному маршруту.
Ей совершенно не понравилось это место. Холодные белые стены и слишком яркий потолочный свет, закованные в прямоугольники и трапеции, не производили того эффекта, которого она ожидала. Пространство было настолько пустым, что создавалось впечатление недоделанности. Весь масштаб сооружения говорил о количестве денег потраченных на его строительство. И он их не оправдывал.
Кристина добралась до зоны «С», немного разочарованная и устало села на длинный диван у стены. Чтобы отвлечься она достала смартфон и нашла в нем старую фотографию с отцом. На ней он стоял на заднем дворе их старого дома и улыбался. А на руках у него была она, ещё малютка. Если бы не ты, папа, меня бы здесь не было, мысленно сказала Кристина ему и выключила экран.
Как раз в этот момент на перроне появился «Дромотрон». Блестящие титановые двери услужливо раздвинулись. Кристина вошла в капсулу и почувствовала, как сердце забилось чаще, а ладони стали влажными. Давно ей не приходилось так нервничать. Буквально несколько секунд, и она будет в пункте назначения.
Двери вновь открылись. Новая локация была меньше и больше походила на обычное фойе концертного зала. На счастье Кристины, здесь тоже не было ни души. Ей не хотелось никого видеть. Она нажала несколько кнопок на браслете и новый путь отразился на сером ковролине. Быстрым шагом пройдя коридоры и сделав несколько поворотов, Кристина оказалась у массивной металлической двери и приложила ладонь к цифровой панели справа на стене. Тихий звуковой сигнал, и проход открылся.
Кристина вошла в кабинет. Здесь все было сделано по её проекту, повторяя офис дома. И ей стало спокойнее. Но едва подойдя к столу, она услышала звонок. Тяжело вздохнув, Кристина села в кресло и ответила:
- Слушаю!
- Мисс Понд, разрешите войти, - произнес знакомый голос её помощника.
- Входи, Дэвид.
Дверь открылась, и запыхавшийся помощник забежал в кабинет
- Мисс Понд! Почему вы нас не предупредили, что будете раньше? Мы ждали вас только ночью. Ещё ничего не готово!
- У меня есть свои планы. И я не обязана о них сообщать. Так что, Дэвид, идите и готовьтесь к завтрашней пресс-конференции, - ответила Кристина и посмотрела на висящие на стене часы.
- Понял. Но может вам что-то нужно?
- Нет. Идите.
Помощник ушел. А Кристина повернулась к окну. Оно было большое, во всю стену, но сейчас его закрывали плотные железные жалюзи. И она все никак не решалась их поднять. Перед ней возникла картинка того первого субботнего вечера. Она не сразу подошла к телескопу, а когда сделала это, не сразу поняла на что нужно смотреть. И тогда к ней подошел папа и, коснувшись её плеча, сказал:
- Смотри! И не важно куда, важно как!
Кристина провела ладонью по сенсорной панели и железный занавес пополз вверх.
За толстым стеклом в лиловом небе клонились к горизонту две яркие сферы – желтая и голубая. Кристина почувствовала себя десятилетним ребенком и тихо шепнула:
— Это действительно красиво, папа.