– Зачем ты прыгнул?
– Не знаю. Все как-то быстро получилось...
– И ты даже не помнишь, как все произошло?
– Нет... не знаю. Может быть, и помню что-то. Да, кажется припоминаю...Мост, железная дорога. Я помню пропасть, холодную и мрачную, и боль, резкую боль, должно быть, от удара о камни...Потом все оборвалось. В один миг... Хм, и что самое удивительное, на этом все не закончилось. Я помню, как вокруг суетились какие-то люди. А я уже ничего не чувствовал, кроме тепла. Да. Именно это. Тепло и спокойно. Никогда еще мне не было так спокойно и абсолютно безразлично, что происходит вокруг...
Вдруг он замолчал. Тишина длилась недолго. Хотя мне показалось, что прошла целая вечность. Он не смотрел на меня. А мне так хотелось поймать его взгляд. Но еще больше хотелось узнать, что же все-таки случилось с этим парнем. Он вовсе не был похож на обреченного. Обычный парень. Высокий, худощавый, светловолосый. Лет ему было около двадцати, как и мне.
Когда я увидела его в первый раз, невозможно было понять, во что он был одет. Рванные клочья, лицо в крови. Он лежал на земле, а вокруг уже собралась целая толпа людей. Кто-то кричал. Одна женщина упала в обморок.
Но меня больше всего пугал его взгляд. С того дня прошло уже довольно много времени. Но этот взгляд я помню до сих пор. Мне тогда показалось на мгновение, что он был даже счастлив. Но потом мне стало страшно от этой мысли. И теперь я видела лишь абсолютное равнодушие, холод и пустоту. Вдруг он снова заговорил:
– И это все, что я помню... До встречи с тобой. Я видел тебя там. Ты пришла за мной?
– Нет. Я просто проходила мимо.
– Понятно,- сказал он и сел на кровать.
Больше он ничего не спрашивал. Может быть, он хотел побыть один. Но мне так не хотелось уходить. Казалось, стоит уйти, и я больше никогда его не увижу. Он будто прочел мои мысли, резко обернулся и посмотрел мне в глаза. И мне стало очень холодно, а потом так тоскливо и одиноко, как никогда. У него были голубые глаза...
– Максим... - сказал он...
– Что? - пробормотала я . Я сейчас не понимала, что происходит. Мне захотелось бежать оттуда. Но куда? За стеной точно такая же комната, похожая на больничную палату, только пустая. Туда еще никого не подсели.
– Меня зовут Максим. Я подумал, что нам стоит познакомится, раз уж ты приходишь ко мне каждый день и сидишь тут часами.
– Я сижу здесь часами?!
– Ну да!
– В таком случае я могу уйти, если я тебе мешаю. Я просто не думала, что...
– Извини, я не хотел тебя обидеть.
Я была очень удивлена, что он решил просить у меня прощения. Неужели ему не все равно. Как такое может быть? Я уж подумала, что его нельзя спасти.
– Ничего. Со всеми бывает. Я Вика. И я... очень рада с тобой познакомиться.
– Странно... я тоже рад.
Я не обиделась и на этот раз. Я поняла, что он оказался здесь не из-за какого-нибудь пустяка, а, должно быть, с ним случилось что-то серьезное. Видимо, он очень страдал. Неразделенная любовь? Возможно. Я еще очень плохо его знала, но почему-то мне казалось, что у нас много общего. Набравшись смелости, я села рядом с ним. « Не буду спрашивать его. Может, он сам расскажет» , - крутилось у меня в голове. Но он молчал.
– Ты знаешь,- сказала я,- мне кажется, мы с тобой встречались еще до... ну... до того, как все произошло.
– Возможно.
– Кажется, я тебя видела в парке...
Он нахмурился, будто пытался что-то вспомнить, но ему это удавалось с трудом.
– И ты был не один...Да, точно! Я вспомнила, ты был с девушкой. Высокая такая, тощая брюнетка!
Максим побледнел. Он всеми силами пытался удержать самообладание, но ему не удалось:
-Какого черта ты лезешь в мою жизнь?! Зачем ты мне это говоришь?
– Что? Да что я такого сказала? Ты что совсем идиот? И по какому праву ты со мной так разговариваешь?
– А ты не лезь ко мне со своими тупыми вопросами!
– Безумец! Очень мне это нужно! Мне и так все ясно. Ты из-за нее ведь!.. Я так и думала. Все из-за любви! Вот глупость-то! Из-за любви с моста прыгать на рельсы!
– Замолчи! Сейчас же замолчи!
Он носился по комнате, будто пытался что-нибудь схватить, чтобы бросить в меня, потом подбежал к окну, будто хотел выпрыгнуть. Но потом медленно его ноги подкосились, и он упал.
– Что, решил прыгнуть? Не получится! Не получится у тебя теперь никогда убить себя!..
– Он молча смотрел на меня, и слезы градом катились по его щекам. Он не совсем понимал смысл моих слов, но, кажется, согласился и прошептал:
– Оставь меня, не буду я никуда прыгать... я сейчас не могу говорить. Пожалуйста, не спрашивай меня сейчас ни о чем. Ведь я тебя не спрашиваю, как ты сюда попала! Я знаю, что однажды я расскажу тебе все и ты мне расскажешь... Но не сейчас... Прошу тебя, дай мне время!
– О-о-о! Ну, знаешь ли! Времени у нас много! Слушай, ты меня извини. Мне действительно не стоило всего этого говорить! Прости!
– Ничего,- сказал он, и голос его был таким слабым. Он все еще лежал на полу. Но я не стала просить его встать. Неизвестно, к чему это могло привести. Истерика - это нормально. Я тоже прошла через это . Он просто слишком долго сидел в тишине и молчал. Теперь началась следующая стадия. Так что я даже была довольна, потому что наметились хоть какие-то сдвиги.
– Ну что ж! Я пойду,- тихо сказала я и, медленно развернувшись, направилась к выходу. Вдруг он воскликнул:
– Вика, а ты любишь сладкое?
Его вопрос меня немного удивил. И, улыбнувшись, я ответила:
– Да, я конфеты люблю шоколадные, «Мишки на севере» называются.
– Хм, я тоже их люблю. Как странно!
Непонятно, было ли это удивление или что-то еще. Но он не казался удивленным. Отчего вдруг он об этом спросил? Что за ерунда? При чем здесь «Мишки на севере»?
– Ты еще что-то хотел узнать?
– Нет. Можешь идти... и... Вик, завтра приходи...
– Хорошо. Забегу к тебе на пару минут. Так уж и быть!