Все афганцы попадали в Кабул по обычному маршруту: через Ташкент, где находился командующий войсками Туркестанского военного округа. Оттуда бросок в Кабул. Запомнившееся впечатления: почти все в самолете сосредоточенно молчат, некоторые пытаются дремать, перелет занимает всего каких-то полтора часа, но это как грань между жизнью и смертью. Во всяком случае, психологическая.
Изредка посматриваю в иллюминатор самолета. Горы следуют за нами. В стороне, в синей дымке, возникают то очертания хребтов, то облаками дымка начинает сгущаться так, что выглядит как сине-голубое небо под самолетом. А там, где нет облаков, местами можно разглядеть горные долины и даже речки, на мгновение вспыхивающие под солнцем. Время от времени под самолетом проплывают смутные очертания темных сооружений, крохотных, как спичечные коробки, скопления глиняно-желтых построек и даже миниатюрные, более или менее правильно очерченные участочки возделываемой земли. Это – горные афганские селения и маленькие города. Первое, что приходит в голову, конечно, исторические ассоциации, связанные с сюжетами знаменитых арабских сказок «Тысяча и одна ночь». Там господствует иррациональная мусульманская магия.
Я почти уверен, что нечто подобное сегодня испытывают американцы, французы, немцы, смотрящие с высоты на Афганистан, куда их забросили в результате так называемой операции возмездия после событий 11 сентября в Нью-Йорке и Вашингтоне. Не скрою, я с любопытством наблюдаю с экрана телевизора за их реакцией, внимательно слушаю их интервью. Интересен для меня и такой персонаж как Бен Ладен, объявленный главным международным террористом. Все утверждают, что он находится или находился в одной из пещер Тора-Бора, неприветливой афганской горе, название которой больше походит какому-нибудь тропическому раю. Но я так и не увидел и тех пещер, в которых, как утверждают, есть чуть ли не три выхода, склады оружия, центры управления, стоянки для бронированной техники, комнаты для радиопередач и мощнейшие генераторы. По телевидению я видел всего лишь несколько кадров с этими пещерами, в которых оказались всего лишь потрепанные одеяла.
Все мне это хорошо знакомо: есть очень большая разница между войной реальной и битвой в СМИ. Просматривая съемки американских репортеров, на которых солдаты, вооружившись приборами ночного видения и автоматами последнего поколения, пробираются в пещеры, мне иногда кажется, что смотрю какой-то доисторический голливудский боевик.
Уверен, что скоро у западных солдат наступит большое разочарование. На Востоке чрезвычайно развит культ пещер. В арабских сказках всегда описывалась высокая технология защиты таких пещер (вспомните: «Али-Баба, открой дверь»), начиная от растений и заканчивая шахматами, исход игры в которые трудно предсказать.
...Самолет резко «катится» между гор по направлению к плато, на котором на высоте около двух километров расположена столица Афганистана – древний Кабул. Сверху он выглядит желтоватым глинистым пятном, расчерченным пересекающимися линиями улиц и разрезанным на две неровные части маленькой речкой Кабул.
Вот и Баграм. Тогда этот аэродром, распложенный в 60-ти километрах севернее Кабула, использовался летчиками 40-й армии. Оттуда уже вертолетом я должен добраться до Бамиана, где дислоцируется мой батальон.
А с войной я столкнулся чуть ли не самого трапа самолета. Кругом слышна интенсивная автоматная и пулеметная стрельба, низко летают вертушки. Как выяснится, это обычное «стратегическое» состояние Баграма – поэтому на стрельбу мало кто обращает внимание. Все занимаются своим обычным, доведенным до автоматизма делом. Появившаяся поначалу неопределённость быстро проходит. Я быстро выхожу на «нужных» людей и меня обещают доставить до Бамиана попутным воздушным транспортом.
Бамиан считается подлинной «Меккой буддизма». Меня завораживали статуи Будды, высеченные в отвесных скалах. Монгольсские и другие завоеватели не пытались уничтожить эти произведения мирового искусства, составляющие неразрывное целое с огромными скалами. Будды устояли даже против обстрела из средневековых пушек, пока не появились в Афганистане талибы.
...Вертолет быстро набирает высоту. Через какое-то время становится трудно дышать, и мороз пробирает до костей. Появляется непонятная усталость. Уже неинтересно рассматривать разворачивающийся в очередной раз за бортом необычный ландшафт. Один из пилотов, словно сжалившись, бросает мне бушлат. Я начинаю согреваться. А вертушка ползет все выше и выше. Ритмично гудит мотор. Так для меня начиналась другая жизнь, боевая, афганская...
***
Из специального выпуска еженедельного вестника 14 й-гвардейской общевойсковой Краснознаменной армии России:
«Бамиан. Странная вещь – представление к награде. Первых, как правило, больше чем последних. Но дело, наверное, не в количестве орденов и медалей, а в количестве боевых товарищей, которые благодаря тебе остались живы и вернулись домой. Этот показатель несоизмеримо важнее, хотя о нем и нет записи в личном деле.
Эти три жаркие летние ночи навсегда запомнятся десантникам. Парашютно-десантный батальон окружили «духи». Днем они со всех сторон обстреливали воинов, не давая никому высунуться. Выйти из окружения можно было только ночью. Но как? Варианты выхода пешком или на бронетехнике исключались, пути отхода были заминированы и простреливались душманами. Оставался лишь один путь – воздушный. Но посадки вертолетов ночью, без сомнения, привлекли бы внимание противника. Комбат предложил отвлечь «духов» боевыми действиями. Три ночи дралась группа под командованием офицера. В это время остальные силы батальона улетели на вертолетах. «Духи» днем, наверное, удивлялись: почему русских с каждым днем остается все меньше и меньше?
Комбат прыгнул с вертолета в последнюю ночь, когда вокруг не оставалось уже ни одного солдата. Вертолет был обстрелян, но успешно долетел в пункт дислокации полка. За эти действия майор Владимир Петров получил орден Красной Звезды.
Лейтенант Дмитрий Олишевский».
Автор: Владимир Петров
Продолжение здесь
Книга "Три власти" здесь и здесь