Нагнетание обстановки в последние месяцы всерьез заставляют задуматься над вопросом, а что будет с автомобильным рынком и отечественным автопромом, которые достаточно глубоко интегрированы в мировой рынок.
Как выпутывался южный сосед
Конечно, не хочется задумываться над тем, что российскому автопрому придется пойти по пути Ирана. В период правления Дональда Трампа южный сосед получил мощный «под дых» в результате выхода из сделки по так называемой иранской ядерной программе. В результате этого шага осенью 2018 года ряд западных автопроизводителей свернули свою деятельность в этой стране. В частности, шведские Volvo Truck, Scania, немецкий Volkswagen и т.д. Им пришлось соблюдать американские санкции, иначе их выгнали бы с американского рынка. А делать такой размен нецелесообразно.
Но есть и положительный итог иранского опыта, правда, для российских автолюбителей, которые привыкли к определенному уровню предложения на авторынке, это станет неприятным сюрпризом. Иранские предприятия всерьез, а не декларативно занялись импортозамещением. В результате своему народу были предъявлены две модели – это иранская версия Renault Logan первого поколения и иранский аналог Peugeot 301. То есть «глубинный иранский народ» не был оставлен без колес.
Нам интересен сам процесс. Дело в том, что крупнейший иранский автопроизводитель Iran Khodro Industrial Group (IKCO) давно сотрудничает с французской Peugeot. Он до сих пор выпускает иранский аналог давно забытого у нас Peugeot-406, и в частности, несколько раз пытался протолкнуть автомобиль на наш рынок. Правда, автомобиль не вызвал интереса у отечественной аудитории. Автомобиль Peugeot-301 до осени 2018 года также собирали на мощностях иранского автопроизводителя. Но опять же из-за санкций сборку остановили. Тогда было принято решение из французского седана сделать «самый иранский автомобиль в истории». Имеется в виду, что доля импортных комплектующих в нем должна быть сведена до минимума. Было проведено обследование и выявлено более 1000 деталей, производство которых освоили 140 ведущих иранских производителей автозапчастей. Получилось, что 92,5% компонентов – иранского производства, лишь оставшиеся 7,5% закупаются за рубежом.
Почему мы коснулись иранской темы? Да потому что в последнее время ужесточилась риторика западных партнеров, которые грозят «беспрецедентными санкциями», в том числе и в экономической сфере. А к чему это может привести видно на примере южного соседа. Иран три года назад попал под действие аналогичных санкций. И стал своеобразным полигоном.
ГАЗ под санкциями
Вдобавок, практически незаметно в информационной ленте прошло сообщение о том, что Минфин США сократил сроки лицензии для Группы ГАЗ. Напомним, что с 2018 года отечественный автопроизводитель и его основной акционер Олег Дерипаска попали в санкционные списки этого ведомства. И если ранее лицензия давалась на год, то сейчас срок сократился до 90 дней. Разрешения будут действовать до 27 апреля 2022 года. Как сказал чиновник американского ведомства: «Дальнейшее продление будет зависеть от поведения России». Не будем моделировать, что может случиться, если лицензия не будет продлена.
Напомним лишь слова вице-президента Группы ГАЗ Елена Матвеевой, которые она произнесла на «круглом столе» в Совете Федерации полтора года назад. Она перечислила какие автокомпоненты импортируют предприятия Группы. Список оказался внушительным. «У нас нет рулевых и тормозных систем, компонентов топливной аппаратуры, трансмиссии, высококачественных резинотехнических изделий, нормалей и много другого, – отметила госпожа Матвеева. - Из порядка 370 иностранных поставщиков к санкциям сразу присоединились 49 компаний и еще 121 поставщик оказался в зоне высокого риска». Также в другом выступлении она отметила, что санкции затронут не только сотрудников Группы ГАЗ, но и предприятия поставщиков, партнеров, смежников. Конечно, не хотелось бы верить в этот апокалиптический сценарий.
Уважаемые читатели, что вы думаете по этому поводу. Пишите в комментариях